— Ты так и не ответила, — сказал он.
— На что?
— Если я поцелую тебя снова... ты ответишь?
Я замерла. Внутри будто что-то глухо щёлкнуло. Я знала ответ. И он меня пугал.
Отвела взгляд, постучала пальцами по рулю, пытаясь придумать хоть одну колкую фразу, хоть какую-то защиту — но в голове было пусто. Ни сарказма, ни уверенности. Только тишина.
— Я... — начала я, но оборвалась.
Он всё ещё ждал, но в какой-то момент, выдохнул.
— Расслабься, — сказал он, откинувшись на спинку кресла. Голос стал ровным, почти без эмоций. — Я больше никогда этого не сделаю.
Он потянулся к дверце, собираясь выйти. Я смотрела, как он отстраняется. Как будто ставит точку.
И это было... невыносимо.
Тогда я сделала шаг, зная, что буду жалеть о нём.
— Подожди, — произнесла тихо,
Он замер и обернулся. Я потянулась вперёд, к нему — и поцеловала.
Не так, как он. Не с той жадностью, злостью и спешкой, с которой он целовал меня вчера.
Мой поцелуй был тихим. Медленным. Почти беззащитным. В нём было всё — растерянность, отчаяние… и то, что я больше не могу сопротивляться. Я сдаюсь. Он победил.
И теперь я одна из тех глупых девчонок, что влюбляются в плохого парня.
Он ответил. Сразу.
От этого стало только хуже.
Он всё ещё играл, а я — уже нет.
Я провела ладонью по его щеке и вниз по шее, чувствуя, как тяжело он дышит. Наверное, ему было больно — физически. Но он всё равно притянул меня ближе. Тонко, намеренно — пальцы скользнули по моей шее, запутались в волосах, и я подалась вперёд, как будто не могла иначе.
И в этот момент всё стало слишком громким. Его дыхание. Моё сердце.
Я отстранилась, но всё ещё была близко, чувствовала его дыхание. Он ещё долго смотрел на меня. Тихо. Словно пытался понять — не показалось ли ему всё это.
— Если я поцелую тебя снова... ты ответишь? — тихо спросила я.
Мне нужно было сделать хотя бы что-то, чтобы сохранить остатки самообладания.
Он смотрел на меня. Молча. Без ухмылки, без слов. Просто смотрел — слишком долго. И ничего не говорил.
Я почувствовала, как внутри всё сжимается. Холодно. Резко.
Глупо — задать такой вопрос. Ещё глупее — надеяться на ответ.
Я посмотрела на него и тихо сказала:
— Не ставь меня в положение, в котором ты сам не хотел бы оказаться. И проваливай из моей машины.
Он всё ещё медлил, как будто что-то хотел сказать. Но я уже отвернулась к окну.
Он чуть качнул головой, еле заметно.
— Невыносимая, — бросил он и потянулся к дверце.
Дверь захлопнулась. Он вышел. Пошёл прочь.
— Но ты ответил! — выкрикнула я ему в спину, даже не оборачиваясь.
Тишина.
Только глухие шаги — всё дальше и дальше.
Глава 35
Демид
Шаг. Второй. Третий. Я не оборачивался, хотя хотелось. И тогда она крикнула:
— Но ты ответил!
Голос догнал меня, как пощёчина — точный, хлёсткий, в самую цель.
А я-то думал, что в этой партии последнее слово за мной. Смехотворно. Вывернула всё наизнанку.
Чёрт. Я сжал челюсть и пошёл дальше, будто можно было уйти от того, что только что произошло. Я не ожидал, что она поцелует меня, и не ожидал, что сам отвечу. Хотел оттолкнуть — правда. Но вместо этого притянул ближе.
И этот поцелуй… не был похож ни на что. В нём не было привычной злости, сарказма, не было защиты. Он был тихим. Голым. Как удар под дых. Будто она сдалась. Будто это действительно что-то значило.
Может, значило. А может, просто спектакль. Она умеет это — подстраиваться, переобуваться, менять маски так, что сам не поймёшь, где правда. Главное — чтобы задело.
И задело, чёрт возьми.
Овощи, которые я держал под боком, уже растаяли. Но боль всё равно оставалась — тупая, ноющая. Одно и то же место. Один и тот же удар. Почему я вечно пропускаю его?
Я вздохнул и открыл холодильник. Льда, конечно, не оказалось. Выбросил овощи в морозилку обратно — вдруг ещё пригодятся. Нашёл что-то, напоминающее куриные ножки. Сойдёт.
Налил себе бокал "Джека", который всё никак не мог допить. Плохой из меня алкоголик — ни тяги, ни настроения.
Упал на диван. Хотелось просто провалиться — в мебель, в стену, в себя. Куда угодно, лишь бы не прокручивать в голове этот поцелуй снова и снова. Но мысли упрямо возвращались к ней, будто другого выхода у них не было.
Чуть позже зазвонил телефон. На экране высветилось: Тёма.
— Да, — бросил я, не двигаясь.
— Как ты там? — спросил он. — Как рёбра?
— Хреново, — честно ответил я, пытаясь сесть. Заныло под рёбрами.
— Порт сегодня подошёл к Милле, — сказал он. Спокойно, но не без напряжения.