Вот только новых знакомств заводить не планировала. Почти год назад дала себе зарок никогда больше не рисковать человеческой жизнью. Нарушать не собиралась.
- Почему? – последовал очередной вопрос незнакомца, а сам оглянулся по сторонам. – Хватает. Только познакомиться с вами хочу.
Зацепила. Неожиданно для самого себя. Никаких знакомств в этой глуши заводить не собирался. Только вот, когда увидел её, одиноко сидящую у барной стойки… Какая-то неведомая сила потянула с танцпола.
- Неудачная шутка, - обронила Ада, делая из своего стакана глоток брусничного морса.
С некоторых пор и к спиртному не притрагивалась. Совершенно.
- Я не шучу, - продолжал навязчивый кавалер. – Вы мне понравились. Я себе, кстати, как раз, ищу жену.
Смотрела на него несколько долгих минут. Какого угодно ответа ожидала. Но вот чтобы так, и сразу. О чем там сама себе говорила, настраиваясь на данный выход в полусвет? Никаких новых знакомств. Просто несколько часов среди тех, к кому формально относится. Чтобы от непонятно охватившей тоски избавиться.
- В нашем захолустье, - не удержалась от едкого замечания.
В разговор втягивал. Чувствовала. Нужен ли тот? Говорить, вроде, человеческим языком не разучилась. Мыслить, как уже успела убедиться, тоже. Кому станет хуже от общения? Тем более, что Флеминга по близости нет. По крайней мере не чувствует. Научилась. Позже, чем у брата, проснулась способность чувствовать своего. Даже, если это смертельный враг.
- А, что не так? – не отступал непонятно откуда взявшийся собеседник. – Я не могу…
Не может. Как объяснить? Уж точно, не открытым текстом сообщить, с кем близкое знакомство пытается завести. В лучшем случае, за сумасшедшую примет. Да и… Нет гарантии, что за ней вот в эту самую минуту не присматривают люди Вульфа. А Максу слово дала, обещание, себя сохранить.
- Не знаю, как вас там, так что, простите, без имени, - задумчиво покрутив на стойке стакан с морсом, задержала взгляд на молодом человеке. - Наш круг явно не для вас.
Выдала. Должен отступить. Надеялась. Совсем не хотелось напрягать мозг в поиске решения так некстати возникшей проблемы.
- С чего вдруг?
А вот сейчас завыть захотелось. Как та волчица. Которой была. Еще сегодня утром. Только, боялась, не поймут, если прямо сейчас исполнить решит.
Необъяснимая реакция
- Моя кофточка стоит шестьсот рубликов, - обронила с нервной усмешкой. - Родных. Отечественных, - добавила, окидывая незнакомца критически-изучающим взглядом. - Она раз в десять дешевле вашей рубашки. Я не говорю о брюках. О туфлях вообще молчу, европейский бренд, простым смертным недоступный.
Четко. По полочкам. Без упоминаний названий, но в целом… Усмехнулся. Спокойно. Никакой реакции на её откровенный выпад. Неожиданно. Впрочем, а с чего взяла, что как-то должен отреагировать?
- А прекрасная незнакомка разбирается… - заговорил медленно, слишком внимательно к ней присматриваясь.
- Прекрасная незнакомка разбирается, - кивнув, заверила Ада, ставя на стойку бара стакан с недопитым морсом. – Имя Максимилиан Сергоев, что-нибудь говорит назойливому кавалеру?
Никогда прежде не использовала имя брата в решении собственных проблем. А Макс, даже если и знал о существовании тех, не вмешивался. По крайней мере, не слышала, чтобы как-то участие принимал в решении оных. Если только, не афишируя. А вот данная мысль посетила голову, почему-то, только сейчас.
- Ну предположим, - кивнул, не подтверждая, но и не отрицая знакомства с обозначенной личностью, собеседник. - Невеста, что ли его? – продолжал, а вот во взгляде появился откровенный интерес. - Так Макс не говорил, вроде, что завел себе кого-то.
- Собачек заводят, - неожиданно резко отреагировала Ада. - Кошечек. Макс – мой брат. Проблем не хочешь, исчезни.
Коротко. Четко. Исключительно, по существу.
Злость в голосе скрыть не получилось. Но, странно самое заключалось в том, что злость – не на кавалера, никак не желающего отступиться, а на… саму себя! Глаз отвести от него не могла. Ничего подобного никогда не было. А здесь, как привороженная. Внешность, голос, манера держаться… Всё одно к одному. Только еще голову от человека осталось потерять. Нет. Нет. И еще раз – нет. Большими буквами. Красными.