— Это Пик, мы с ним работаем в одной теплице, — представила его Нелл. — И мы все не пошли встречаться с бывшими одноклассниками, потому что нас с ними больше ничего не связывает. Мы другие, не такие, как они, что бы там ни утверждала Доктрина. Нам нет места в их мире. И поэтому мы здесь! Среди своих!
Сказано все это было с вызовом, громче, чем нужно, — в общем, было ясно, что Нелл готовилась к этой фразе. Вполне возможно, что и пришла сюда только ради нее.
Голоса в комнате стихли, все слышали выступление Нелл. Мне было интересно, как ребята отреагируют, но в переполненной комнате повисло неловкое молчание. Кристина смущенно оглянулась, растерянно улыбаясь.
Я прекрасно понимал, что происходит: будь Нелл одна, ее бы даже никто и слушать не стал, все просто бы посмеялись и отмахнулись, но рядом с ней, как немой сфинкс, стояла Франческа. Та самая Франческа, которая, я уверен, все именно так и считали, знает что-то, о чем мы, простые смертные, и не догадываемся. Что-то о жизни и о нас самих в этой жизни. И вот сейчас все пытались переварить озвученный Нелл кусок мудрости, который явно попахивал преступным вольнодумством.
Пауза затягивалась. Ну что за манера портить людям вечеринку? На Кристинку, нервно кусающую губы, было жалко смотреть. Я взял со стола бутылку вина, набрал в легкие побольше воздуха, широко улыбнулся, на ходу вспоминая, как это делается, и громко произнес:
— А я предлагаю за это выпить! За то, что у нас всегда есть право выбора!
— Ха, ты не понял, — фыркнула Нелл, — это не про право выбора, а как раз про его отсутствие.
Но ее фраза потонула в общем одобрительном гуле. Ко мне со всех сторон потянулись пластиковые стаканчики, и я принялся разливать вино. Рядом Петр открыл вторую бутылку.
Внезапно я понял, что окружен людьми, которые смотрят на меня в ожидании тоста.
Как же хорошо мне было в одиночестве своей квартиры. И как я ухитрился на ровном месте стать звездой вечера?
— Ну, за наше право выбора!
— Тогда уж за систему, которая бы дала нам свободу выбора, — на этот раз влез Пик из теплиц.
Вот ведь неугомонные идиоты. Решили поиграть в преступников-анархистов и заодно подставить всех присутствующих? Нет уж, испортить мою первую за год вечеринку я им не дам.
— Окей, Пик, — снова изобразил я доброжелательного простофилю, — давайте выпьем за Доктрину, которая гарантирует нам свободу!
Нелл собиралась возразить, но тут неожиданно Франческа подняла свой стаканчик.
— За нас, которые это понимают! — произнесла она, заслужив изумленные взгляды Нелл и Пика.
Под кислый вкус дешевого вина я попытался вникнуть в смысл ее фразы, читая на лицах вокруг те же вопросы, что крутились и в моей голове. Что мы все тут затеваем? Наш светоч мудрости вроде как только что признала, что Доктрину мы поддерживаем и против системы не выступаем. Или что? Вино кончилось раньше, чем я успел прийти к какому-то выводу.
Франческа занялась изучением ассортимента бутербродов, Нелл и Пик, внезапно лишившись почвы под ногами, притихли, и все остальные потихоньку вернулись к своим компаниям.
— Так где вы теперь, ребята? — спросила Линда.
— Я вожу погрузчик на складе, — отозвался я, с удивлением поймав на себе внимательный взгляд Франчески.
Я что, интереснее бутербродов с сыром?
— А я в службе безопасности. Скука несусветная. Каждый день одно и то же. И перспектив никаких. Хотя кому я рассказываю про скуку и бесперспективность. Эрик на складе, трое в теплицах ковыряются, Криська и Линда бумажки перекладывают, — рассмеялся Петр.
— Вовсе нет, мы по клавишам стучим, нет у нас никаких бумажек, — отозвалась Кристина, — но в целом ты прав.
Я вежливо улыбнулся, хотя шутка мне не понравилась. Задело. Как выяснилось, не меня одного. Нелл снова оживилась.
— У нас в теплицах вовсе не так скучно, как может показаться. Сейчас вот мы работаем над проектом по модернизации оросительной системы.
— Вы с Пиком придумали новую поливалку? — не удержался я.
— Типа того, — скорчила гримасу Нелл. — А ты чем можешь похвастаться?
— А зачем мне хвастаться? — пожал я плечами. — Вожу контейнеры, тягаю палеты — поддерживаю на складе порядок, одним словом.
— Ну-ну, не скромничай, — подтолкнула меня локтем Кристина, — я видела твое личное дело. У тебя отличные шансы попасть в кладовщики. Твой бригадир прислал служебную записку на стажировку для тебя.
— Ух ты! Я сейчас умру от зависти! Всего год работаешь — и уже стажировка на такую должность! — присвистнул Петр. — А я еще лет пятнадцать на своей должности сидеть буду!