Мой план был прост. Для начала я собирался завести реестр всего того, что мы тут храним, и избавиться от просрочки. Уверен, в рефрижераторе такого добра хоть отбавляй.
Но все-таки рефрижератор для пятничного вечера — это перебор, и я решил начать с ангара.
Дальние ряды представляли собой настоящее преступление против складской системы — контейнеры, палеты и ящики стояли вперемешку и походили на проигранную партию в тетрис с причудливыми дырами и коридорами, куда можно было протиснуться, только проявив чудеса акробатики и недюжинное любопытство. Похоже, грузы просто бездумно распихивали, не заботясь даже о том, чтобы была видна маркировка.
Ругаясь, я сходил за погрузчиком.
Несколько часов работы пролетели незаметно, но мне удалось разгрести самый проблемный коридор. Я прихватил свой планшет и начал составлять реестр.
Пришлось вскрывать два непромаркированных контейнера и бесчисленное количество неопознанных ящиков.
Открыв очередной такой «сюрприз» — обычный деревянный ящик, в которых, как правило, привозят свежие овощи, я обнаружил тщательно упакованные бутылки с какой-то бесцветной жидкостью. Алкоголь, что ли? А это-то у нас тут откуда? Хранением спиртосодержащих напитков занимался специальный склад при единственном в городе винзаводе, и я за время своей работы не припомню, чтобы к нам завозили что-то подобное.
Странно как-то — без этикеток, с необычными крышками. Больше похоже на недоделку, чем на готовый продукт. Да и вид у содержимого ящика был не очень фабричный — в качестве упаковочного материала использовались какие-то непрезентабельные тряпки. Я слышал, что алкоголь можно производить самостоятельно, но подобное каралось законом — Город давно установил монополию на производство спиртного.
Этого мне еще не хватало. По-хорошему, надо было вызвать сотрудников Департамента правопорядка и сдать ящик, правила я знал. Но я сомневался.
Ведь ящик тут спрятал кто-то из наших, складских. Для того чтобы решиться нарушить закон и гнать самогон, нужно быть полным придурком. Как Фред.
Вот именно мысль о Фреде меня и остановила. Я на его примере понял, что стать преступником можно чисто по глупости, а заплатить за это придется все равно по полной. Стараясь отодвинуть принятие решения, я нашел еще два таких же ящика. Сковырнув ломом крышку первого из них и рассчитывая увидеть все те же бутылки, я чуть не завыл от злости. В остальных ящиках оказались чертовы листовки!
Мало того, что хозяин этого барахла гонит самогон, так он еще и играет в революционера! За это можно оказаться в изоляции лет на двадцать!
Я уже понял, что просто не смогу набрать номер Департамента правопорядка. Перед глазами стоял Фред. Хотя какое там, это уже даже не компетенция Департамента правопорядка, это работа отдела безопасности. А этим-то как вообще позвонить? Или все равно надо оповещать Департамент, а те сами передадут куда следует? Или, может, в телефонном справочнике есть номер отдела безопасности? Интересно, на какую букву? На О или на Б?
Я позволил своим мыслям скакать по всяким глупым вопросам, чтобы не думать о главном. Моя обязанность как гражданина — заявить о преступлении. Можно сколько угодно убеждать себя, что дальше заработает система и я не буду нести ответственности за печальную судьбу революционера-самогонщика, но поверить в это я не мог.
И я просто сбежал. Убрал ящики подальше с глаз и смылся из седьмого ангара. К сожалению, так же легко убрать ящики из своей головы у меня не получилось. Я думал о проклятых бутылках и листовках все выходные, и решил, что, пожалуй, стоит сказать Константину. Это его склад, вот пусть и разбирается.
В понедельник утром я прямиком из раздевалки отправился в седьмой ангар и обнаружил, что все три ящика пропали. В первый момент мне даже захотелось убедить себя, что их никогда и не было, но это уже верх трусости.
Кстати, ситуация для хозяина ящиков стала только хуже. Горе-преступник сам сузил круг подозреваемых с практически любого сотрудника склада до тех, кто был в смене в эти выходные.
Сколько у нас там средний коэффициент интеллекта по складу? Вот-вот.
С тяжелым сердцем я побрел к Константину, но он отреагировал куда беспечнее, чем я рассчитывал. Правда, я умолчал о листовках.
— Ящик самогона? — переспросил он, взглянув на меня своим насмешливым взглядом.
Я кивнул.
— Вот олухи! Ладно, забей. Больше они на территории склада эту дрянь хранить не будут, побоятся. Видишь, как хорошо, что ты взялся за седьмой ангар! Продолжай в том же духе.