Анна медленно направилась по указанному адресу, неторопливо таща за собой свой чемодан. Как только девушка отошла на довольно приличное расстояние, продавщица достала из карман телефон и быстро набрала чей-то номер:
- На ловца и зверь бежит, - произнесла она, все еще провожая взглядом Анну, чья фигура с каждым новым шагом, отдаляясь от нее, становилась все меньше и меньше - Кажись у меня назрела одна грандиозная идея, как провернуть наше дельце наилучшим образом! Встретимся вечером, все обсудим, - после чего она, ухмыльнувшись, вернулась на свое рабочее место.
Путь был и впрямь близкий, пройти нужно было всего ничего, да и моросящий дождь к счастью прекратился. Правда, над городом все еще висели свинцовые тучи через которые пытался пробиться луч света. Этот яркий, живой тоненький лучик, возникший словно из неоткуда, как он вообще посмел противостоять этому темному царству, да еще так игриво и насмешливо. Тяжелые тучи пытались вытеснить его, а он снова и снова пробивался сквозь них, перескакивая с одного дома на другой, будто подсказывая Анне правильный путь и давая надежду на то, что все еще может поменяться в лучшую сторону. Она обернулся назад, чтобы запомнить то здание, в котором находилась булочная, но появившийся туман на улице, все это время следовавший за ней по пятам с самой набережной Фонтанки, сомкнулся позади нее огромной плотной стеной. У нее была лишь одна дорога, один путь — идти вперед!
Гл 3 Друг
1907 год
Вернувшись домой Александр Афанасьевич подошел к книжной полке в гостиной и, взяв небольшой томик Некрасова «Кому на Руси жить хорошо», сел в свое излюбленное кресло «Бержер», купленное полгода назад. Два таких одинаковых кресла начала 18 века были приобретены им на одном из мебельных аукционов и, если верить организаторам, то некогда они принадлежали французским Бурбонам. Из чего Александр Афанасьевич сделал вывод, что семейство, хоть и королевских кровей, но по факту, жутко прижимистое, если довело кресла до такого состояния, что на них совершенно невозможно было сидеть. Потратив немалую сумму денег на их приобретение, ему пришлось выложить еще примерно такую же на реставрацию. Правда, пока он решил восстановить лишь одно, а второе спрятал в надежном месте от греха подальше. И вот теперь, когда кресло наконец-то привезли в его просторную гостиную Александр Афанасьевич мог считать себя полноправным членом семейства Бурбонов.
Кстати, томик Некрасова в отличие от кресел ему достался совершенное бесплатно, был подарен на одном из литературных вечеров Зинаиды Гиппиус по случаю тридцатой годовщины смерти поэта. Получить нечто бесплатное в наше время — дорогого стоит, поэтому этот подарок всегда стоял у него на самом видном месте. Открыв книгу, он окинул взглядом портрет великого автора, который был размещен на первой странице и тут же усмехнулся. «Внешность обманчива» — подумал он, разглядывая лицо добропорядочного писателя. Ведь Александр Афанасьевич был очень любопытным человеком и его любопытство проявлялось во всем, его интересовали люди, их судьбы, действия и мотивы. А вот личность Некрасова была для него крайне противоречивой. Талантливый поэт, классик русской литературы, получивший свою популярность в Российской Империи, писал книги, которые изрядно пошатнули репутацию Империи. При этом сам Некрасов благочестивостью не отличался, долгое время жил с замужней женщиной в одной квартире с ее супругом, которая родила Некрасову двоих детей, умерших в раннем возрасте. Что сказать, тройственные союзы и по сей день модны среди современной просвещенной интеллигенции, а под старость лет он, кстати, выбрал себе в подруги девушку из «заведения», на которой позже и женился. Несмотря на то, что он красочно описывал суровый быт простого русского мужика, писатель тем не менее питал огромную страсть к предметам роскоши и карточным играм, которые позволили ему сколотить немалое состояние. А ведь если посудить, то обыгрывал он игроков исключительно из высшего общества, которые были постоянными посетителями Английского клуба, в том числе императорских сановников. Если бы Некрасов успел полностью дописать свою поэму «Кому на Руси жить хорошо», то скорей всего самым счастливым человеком, по его мнению, стал бы пьяница из кабака, хотя по сути сам автор вел весьма зажиточный образ жизни, ни в чем себе не отказывая. Что касается журнала «Современник», некогда основанным Пушкиным и, который был выкуплен Некрасовым и Панаевым, вложивших в него огромный труд, то он был окончательно закрыт в 1866 году после того, как его обнаружили у революционера, покушавшегося на жизнь Александра 3. Слово обладает огромной силой, а посему может побудить человек совершить нечто непоправимое.