Сердце заколотилось, бешено, неистово. Это пятно. Я видел его пару раз, последний – случайно, шесть лет назад, когда она на пляже наклонилась за полотенцем. Оно уникальное.
Как отпечаток пальца, никогда в жизни больше ни у кого не видел подобной отметины.
Шок ударил в голову, тут же смешавшись с волной такого дикого, такого запретного возбуждения, что мир поплыл перед глазами.
От осознания, кто она, от понимания, что я все это время касался именно её, и она мне это позволяла…
Мой член, и так готовый взорваться, стал абсолютно каменным, больно упираясь в ширинку.
Это была она. Та, кого я должен был оберегать. Та, чье тело я только что трогал, на которое смотрел с вожделением вместе со всем этим сбродом.
Я рванулся вперед, мои пальцы впились в ее шелковистые бедра крепче, притягивая ее так, чтобы она рухнула со вскриком прямо на мои колени, не просчитав однако, что ее попка упрется в меня, вырывая невольный стон.
Я прижался губами к ее уху, и мое дыхание было горячим и прерывитым, когда я прошипел одно-единственное слово, полное ярости, шока и невероятного, пожирающего желания:
– Лилит?!
Вот и попалась птичка: 🔥
Глава 3. Лилит. Разоблачение.
– Лилит?! Какого черта?!
Я взвизгнула от неожиданности, попыталась вырваться, но он одним резким, мощным движением рванул меня на себя. Я потеряла равновесие, маску и свалилась прямо к нему на колени, прижимаясь спиной к груди.
Прежде чем успела сообразить что-либо, я всей тяжестью опустилась на твердый, массивный член, упиравшийся прямо в меня. Он был массивным, горячим, пульсирующим и отчетливо ощутимым даже сквозь ткань наших одежд.
Хотя, что взять с моего наряда…
Я вся вздрогнула от этого неприкрытого, животного контакта.
Через ткань стрингов я ощущала каждый сантиметр его члена, его готовность. И это привело меня в восторг.
Пальцы мужчины сжали мои бока еще сильнее, и я почувствовала, как Михэль весь напрягся, его торс уперся мне в спину, а низкое рычание вырвалось у него из груди.
– Михэль, отпусти! – попыталась вырваться я, но голос мой, увы, вышел хриплым и возбужденным.
– Ты... Что ты делаешь здесь? В таком виде? – прошипел он.
Его член дернулся подо мной, и я еле подавила новый стон, чувствуя, как его стояк трется о меня через ткань.
Это все же привело в чувство.
Я оттолкнулась от мужчины, спрыгнула с его колен и, спотыкаясь, отскочила на пару шагов, избегая его гневного взгляда. Я должна была закончить танец, менеджер уже хмуро смотрел на меня с бокового выхода.
Лучше я буду думать об этом, чем о горе полного дерьма, что я сотворила за последнее полчаса.
Потому я взошла на сцену с приклеенной улыбкой и упрямо, на автомате, продолжила движение, но магия была разрушена, а взгляд Михэля прожигал во мне дыру.
Он подошел вплотную к низкой сцене, заслоняя меня от остальных своим широким торсом.
– Что ты творишь, Лилит? – он шипел, как змея.
Его глаза метали молнии.
– Это не твое дело! – огрызнулась я, злая и до безумия возбужденная. Понимая, что танец испорчен и меня попросту толком не видно за этой массивной фигурой, я скрестила руки на груди. Взгляд Михэля на секунду прилип к моему бюсту, и я увидела, как мышцы на его груди напряглись, а он сглотнул. – Ты мне не папочка!
– Ты, дура бестолковая, вообще понимаешь, где ты? – его голос стал тише и оттого еще опаснее. – И как часто ты тут? Только танцуешь или ноги раздвигаешь в этих «приватах», а? Или за деньги тебя и нагнуть можно?! Отец в курсе? Ха, конечно, нет!
Его грубые слова обожгли больнее пощечины.
Несправедливо! Этот клуб я выбрала по рекомендации знакомой – здесь очень хороший менеджер, который обеспечивает девочкам защиту.
Ни одна девочка по принуждению в приват не идет, здесь многие, кто как я – просто танцует и выманивает денежки из клиентов.
Я сощурилась, глядя на него. Мне было дико обидно от его неуместной… ревности? Или опять – просто опека? Что-то это не было похоже на нее, когда он лапал мой зад!
Поджав губы, я демонстративно обошла мужчину, спустившись по ступеням, и направилась к жениху этого мальчишника.
Обычно я никогда не делала финальную часть номера, менеджер не очень был доволен этим, но опять же - тут не настаивали.
Однако сейчас мною двигало яростное желание взбесить своего недо-дядю. Доказать ему, что я сама выбираю где, как и что мне делать.
И пошел бы он нахер.
Подойдя к парню, я вплотную прижалась к нему спиной, чувствуя, как он замер. Музыка нарастала, диджей добавил ритма, быстро сообразив, что я сейчас буду делать.