Пролог
Землетрясение?
Замерла, нахмурившись.
Нет. Кажется показалось. От усталости что ли?
Шестой год за этой стойкой, в аптеке «Здоровье». Практически без выходных. И сегодня день такой же как и всегда, тянется медленно и размеренно. Приходила старушка из соседнего дома и просила средство для памяти, но такое, чтобы она не забывала его пить. Молодая мамочка забегала, в панике покупала средство от колик. Пол аптеки скупила. Начиная от укропной водички, и заканчивая новомодными средствами. Ее малыш так громко кричал, что молодая пара, что была перед ней в очереди, глядя на кричащего карапуза добавила к заказу контрацепцию в виде резинотехнического изделия номер два.
Я посмотрела в окно. Листва за окном багрянела, напоминая о неизбежном приближении холодов. Я проверяла сроки годности на полке с витаминами, рассеянно слушая радио, когда все и произошло.
Сначала был гул. Не громкий, скорее, вибрация, пронизывающая кости. Подумала, что где-то рядом грузовик проехал, но звук нарастал, становился более зловещим. Потом затряслись полки, задребезжали стекла в витринах. Бабушка Зинаида, рассматривавшая какие-то капли для сердца, испуганно вскрикнула.
– Землетрясение? – снова пронеслось у меня в голове. Я судорожно ухватилась за край стойки, пытаясь удержать равновесие.
Но это было не землетрясение. Нечто гораздо хуже.
На улице, прямо перед аптекой, словно треснул воздух. Появилась змеящаяся, пульсирующая разломом полоса, из которой вырывались искры и клубы какого-то фиолетового дыма. Звук достиг оглушительной силы, словно разверзлось небо. Люди на улице кричали, машины сигналили в панике.
И вдруг… взрыв. Не огненный, не привычный – взрыв какой-то искаженной энергии. Меня отшвырнуло от стойки, словно тряпичную куклу. Мир перевернулся, закружился в бешеном калейдоскопе боли и страха.
Я помню только яркую вспышку, обжигающую глаза, а потом – падение. Не вниз, как при падении с высоты, а… сквозь что-то. Сквозь слой, сквозь материю. Как будто я проваливалась в саму ткань мироздания.
Потом – темнота.
Очнулась я на холодной, твердой поверхности. Первое, что почувствовала – дикую головную боль. Медленно открыла глаза, и то, что увидела, заставило меня задохнуться от ужаса.
Глава 1. Воспитательный Дом, Или Добро Пожаловать в Адский Интернат
Голова раскалывается на части. Такое чувство, будто все мои тараканы решили разом сыграть на ударных инструментах. Я лежу на чем-то таком жестком и колючем, что даже ежи бы позавидовали.
Затхлый запах сырости ударяет в нос. Открываю глаза и первое, что вижу – грязный, серый потолок, украшенный висящими садами из паутины. Где я, черт возьми? Попала на съемочную площадку фильма ужасов?
Пытаюсь приподняться, но тело отказывается мне подчиняться. Слабость такая, будто меня выжали вместе с внутренностями, а потом использовали как тряпку для мытья полов. Оглядываюсь.
Комната крошечная – как кладовка для швабр. В углу стоит узкая железная кровать, больше похожая на пыточный станок, застеленная драным одеялом – наверное, когда-то оно было даже целым, но это было еще до изобретения колеса. Рядом – шаткий столик и табуретка, рискующие развалиться от малейшего прикосновения. На столе – кружка с окаменевшими останками чего-то когда-то бывшего кашей. Все это настолько убого, что с трудом верится, что это все вокруг меня реальность.
Так я Алина. Работаю в аптеке. Живу на улице Льва Толстого дом 6 квартира 18. Сегодня среда. Нет. Четверг. Или среда?
Да какая разница, черт возьми какой день недели. Мне бы понять где я вообще?
А может, это все кошмарный сон, вызванный переработкой и кофеиновой интоксикацией? Я щипаю себя за руку. Больно. И да, рука грязная. Значит, не сон. Но где я тогда?
Тут до меня доходит, как удар сковородой по голове. Это не моя рука. Она маленькая, худая, с исцарапанными костяшками, словно я только что пыталась сбежать из тюрьмы, копая тоннель голыми руками. И ногти… грязные, обломанные, словно я ими чистила картошку для целой армии, при том без ножа. Паника начинает нарастать с той же скоростью, с какой дрожжи поднимают тесто. Что происходит?