— Эй, уродина! Я тут! — крикнула Рокослана, делая выпад в сторону и отвлекая тварь на себя. Цепь метнулась к другому щупальцу, опутывая его и пришпиливая к полу.
Пока Рокослана отвлекала монстра, Виктория, пригнувшись, пробежала вдоль стены. Её глаза лихорадочно выискивали то, что она заметила раньше: скопление самых ярких рун — источник энергии этой гадости.
— Рок, прикрой! — крикнула Виктория, сминая в руке листок бумаги с нарисованным на нём сложным плетёным узором.
Рокослана ответила резким движением руки. Её цепь взметнулась, создавая барьер между Викторией и парой щупалец, тянущихся к ней. Металл звенел, отбивая атаки.
Виктория прилепила листок прямо в центр скопления рун. Бумага тут же прилипла, словно к мокрой поверхности, а затем узор на ней вспыхнул мягким серебристым светом.
Эффект был мгновенным. Мох замер. Его яростные рывки сменились вялым подёргиванием. Красные знаки погасли, словно кто-то отключил питание. Гулкая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием девушек, заполнила комнату.
Рокослана медленно, всё ещё не веря в успех, ослабила хватку. Цепь в её руках перестала светиться, но не исчезла, а тяжёлым браслетом обвивалась вокруг запястья девушки, напоминая о том, что бдительность терять рано. Рокослана опустилась на пол, прислонившись спиной к дивану. Руки дрожали от перенапряжения.
— Ты… в порядке? — выдохнула она, глядя на Викторию.
Та кивнула, тоже не в силах вымолвить ни слова.
Рокослана оттолкнулась от дивана и, держа цепь наготове, медленно подошла к стене. Мох висел неподвижно, как обычный, хоть и жутковатый, декор. Её взгляд упал на тот самый листок с заговором. Небольшой, с аккуратным плетёным узором, он теперь казался самой нормальной вещью в этой комнате.
«Вау, — промелькнуло в голове у Рокосланы, — да это же точь-в-точь как ковёр на стене у моей бабушки в деревне. Тот самый, что висел над диваном и на который я всегда пялилась перед сном». Ирония ситуации заставила её фыркнуть.
— Ну что, Игорь? — обернулась она к всё ещё лежащему без сознания риелтору. — А как вы относитесь в «винтажному стилю»? Мы тут добавили немного… народного колорита в ваш «лофт».
Риелтор не ответил, так как больше не рискнул предпринять попытку выйти из безопасного забытья.
— Ну что, Тори, — Рокослана, тяжело дыша, подошла к напарнице. — Похоже, твой «испытательный заказ» только что перешёл в разряд «героического эпоса». Духа вызывай, пока наш зелёный друг не оклемался.
Виктория кивнула, всё ещё не в силах говорить. Она встряхнула руками, словно сбрасывая онемение, и сосредоточилась. На её запястье, рядом с тонкими серебряными браслетами, была маленькая, почти незаметная татуировка, изображающая стилизованную чашу.
— Проводник нужен… — прошептала Виктория, поднимая глаза на подругу.
Рокослана, не говоря ни слова, вышла из комнаты, но спустя пару мгновений уже вернулась с бутылкой минеральной воды в руках. Видимо, её подготовил риелтор в попытке проявить заботу о покупателях.
— Идеально. Чистая, не питая. Запускай давай.
Виктория поймала бутылку, открутила крышку и, сложив пальцы в сложный знак, начала тихо напевать. Вода из бутылки медленно поднялась в воздух, сверкая в пыльном свете, и собралась в идеальную, парящую сферу прямо над её татуировкой чаши. Татуировка засветилась тёплым золотистым светом.
— Дух этого места, хранитель этих стен! — голос Виктории окреп, зазвучал увереннее. — Мы призываем тебя! Явись на наш зов!
Она резким движением бросила водяную сферу в центр комнаты. Вода брызнула во все стороны, но не упала на пол, а повисла в воздухе мерцающей пеленой. Из этой пелены послышалось громкое, бодрое «Ох, ёлки-палки!» и на паркете материализовалась… бабушка.
Не настоящая, конечно, а скорее полупрозрачное эфемерное туманное видение в синих и серых тонах. На ней была стёганая безрукавка, на плечах платочек с вышитыми когда-то цветами, длинная юбка прикрывала валяные тапочки. Бабушка-призрак сразу же оценивающе осмотрела комнату своими умными, «живыми» глазами, затем потянулась и хрустнула косточками.
— Ну, надо же! — весело произнесла старушка, покрутившись на месте. — Давненько меня не вызывали так официально. Рассказывайте, это у вас тут творится?
Рокослана подняла бровь и внимательно осмотрела призрака.
— Бабуль, приветствую. Вы, случаем, не местный дух-хранитель?