— Ой, ну не надо так официально! — Виктория скривилась, словно от зубной боли. — Неужели тебе не надоело сидеть тут, разглагольствуя о рунах и оберегах? Где азарт, где драйв, где ощущение опасности, щекочущее нервы? Помнишь, как мы с тобой в старом доме чуть не попали в лапы к злобному баннику? Моё первое дело. Вот это была работа! А тут… пыль, скука и занудные стажёры.
Рокослана вздохнула, вспоминая тот случай с банником. Да, было весело, но и опасно. Теперь она всё же предпочитала комфортную дистанцию от всякой чертовщины. Пусть молодые сотрудники сами сталкиваются с этими проблемами на заказах. Её дело — безупречно подготовить их к этому.
— Опасность? Драйв? — Рокослана фыркнула. — Знаешь, Тори, лучший драйв для меня сейчас — это когда стажёр с первого раза правильно вяжет узел оглушающего заклинания, а не вызывает демона третьего круга. И поверь, это та ещё опасность для меня и окружающих.
В голове Рокосланы промелькнула картинка: прошлогодний экзамен, Арсений, пытающийся изгнать домового с помощью заклинания на латыни, которое, судя по всему, нашёл в кулинарной книге. Домовой, кстати, в итоге просто потребовал пирожков. С мясом и зеленью.
— Ты просто засиделась в этом своём кабинете, — не унималась Виктория. — Забыла, что такое настоящая жизнь.
«Настоящая жизнь — это когда с утра в кофейне тебе попался бариста с руками из нужного места и сделал вкусный кофе, — подумала Рокослана. — Вот где жизнь. Вот где настоящее волшебство!» Вслух же она сказала:
— Тори, я, конечно, понимаю твою тягу к приключениям, но у меня тут планы на вечер. Хотела проверить эссе по теме «Влияние фазы луны на агрессивность барабашек». Знаешь, захватывающее чтиво.
Рокослана не лукавила. Она и правда находила в работе с начинающими охотниками за паранормальным что-то своё. Это был её собственный, слегка безумный, способ бороться с нечистью — не напрямую, а через тех, кого она учила. Шесть лет «в полях» сделали из неё отличного практика, а два года в академии — опытного и весьма эксцентричного теоретика. Методы у неё, конечно, были… своеобразные. Чего только стоил курс «Выживание в параллельных мирах: психология гопника». Но, как говорится, цель оправдывает средства.
Например иногда Рокослана заставляла стажёров составлять гороскоп для вампиров, чтобы понять их мотивацию, и писала с ними фанфики про любовный треугольник между оборотнем, ведьмой и говорящим котом. Ей-богу, это было полезнее заучивания древних трактатов для расширения кругозора.
Начальство, конечно, периодически хваталось за головы, но результат говорил сам за себя. Её выпускники пачками получали повышения, раскрывали самые запутанные дела и, даже поговаривали, однажды умудрились помирить враждующие кланы садовых гномов.
Рокослана, поедая мятные пряники, тихо радовалась. Пусть её и считают немного сумасшедшей, зато она точно знала — мир в надёжных руках.
«И что тебе от меня нужно, Тори? — подумала Рокослана, наблюдая за тем, как Виктория наконец-то усаживается на краешек стола, свесив ноги в драных джинсах. — Что-то слишком много ностальгии для простого визита вежливости».
Ведь именно это и настораживало больше всего. Слишком много энтузиазма, слишком много воспоминаний о «золотом времечке». А за этим всегда что-то кроется.
— Ладно, не буду ходить вокруг да около, — Виктория наконец-то отбросила светящуюся сферу, и та вмиг развеялась. — Есть дельце. Интересное. Прибыльное. По нашей части. И без тебя я точно не справлюсь.
Глава 4
Виктория, словно опытный кукловод, подбиралась к цели, ловко дёргая то за одну ниточку, то за другую. Её глаза, обычно искрившиеся азартом, сейчас были непривычно ледяными. Она сидела напротив Рокосланы и пыталась уговорить ту на новое, весьма рисковое предприятие.
— Рокослана, дорогая, — мурлыкала Виктория, — ты же понимаешь, что такие возможности не валяются на дороге? Это шанс проявить себя, показать, что ты ещё способна задать жару не хуже любого новобранца!
Рокослана скептически изогнула бровь — жест, который она совершенствовала годами и умела мастерски применять в любых ситуациях.
В голосе Виктории сейчас слышался лишь расчёт и намеренное заискивание, Рокослана давно научилась отличать искренность от лести.