Сердце падает к самым ногам. В смысле досмотреть?
— Да чего тут досматривать? — отмахивается первый.
— А то! Нас лейтенант давеча… нахлобучил… за то, что мы того писаря не глядя пропустили! А он подсвечники серебряные с собой упер! Приказано — все телеги досматривать! Не важно кто уезжает!
Я не дышу. Мешки надо мной кажутся свинцовыми.
— Родной ты мой, да что там досматривать! — подключается Марта. — В мешках зола на случай, если участок скользский попадется, да корм лошадям! И вообще, мы же скоро вернемся! А вот если опоздаем — Сабина нам головы снимет! И вам в первую очередь!
— А мне плевать! — рявкает принципиальный стражник. — Приказ есть приказ! Так что, или давайте показывайте что у вас там или разворачивайтесь обратно!
Я слышу шаги.
Стражники подходят к телеге.
Меня снова накрывает страх.
Что делать? Я в ловушке!
Счет идет на секунды. Сейчас они заберутся в телегу, досмотрят мешки и найдут меня прямо под ними.
И тут… меня осеняет.
Похоже, у меня нет другого выбора, кроме как снова показать свои кулинарные навыки.
Глава 9
Вот только, эти в этот раз я буду готовить “Серную бомбу”!
Шаги стражника приближаются. Они прямо у борта. Еще немного и он запрыгнет внутрь.
Паника обжигает горло. У меня есть совсем немного времени. Я должна успеть!
Мои руки лихорадочно ныряют в узелок Марты.
Так. Вареное яйцо. Луковица. Чеснок. Сыр.
Все эти припасы — чемпионы по содержанию сероводорода.
— Ну-ка, Керс, пошевеливайся! Или мне одному все здесь осматривать прикажешь? — раздается недовольный голос стражника.
Я не думаю, я действую.
Ногтями разрываю скорлупу яйца. Мне нужен только желток.
Я выковыриваю его и бросаю в ладонь. Туда же — зубчик чеснока. Давлю его прямо пальцами. Следом, кусок луковицы. Рву, мну, давлю, пока не течет едкий сок.
Кусочек сыра — для вязкости и дополнительного «амбре».
Я растираю все это в ладонях в грубую, липкую, удушающе-пахучую пасту.
Запах бьет в нос. Это концентрированный, густой, сернистый дух, от которого у меня у самой начинают слезиться глаза.
Но этого мало!
Этого явно недостаточно, чтобы отпугнуть стражу. Нужно что-то гораздо более тяжелое, более удушающее. Такое, чтобы прям в голове било!
Марта сказала — «в мешках зола».
Я лихорадочно шарю рукой.
Мешок, на котором я лежу, — не тот. А соседний... Да!
Он рваный, и из него сыплется мелкая, пыльная, серая... зола!
Марта — ты мой ангел-хранитель!
Я зачерпываю горсть этой золы, высыпаю ее прямо в свою «пасту» и вливаю совсем чуть-чуть воды из фляги, чтобы активировать эту адскую смесь.
Ш-ш-ш…
Смесь в моей ладони теплеет и чуть слышно шипит!
Щелочь из золы мгновенно вступает в реакцию с белками и серой, она бешеными темпами высвобождает аммиак. Это уже не просто неприятный запах, это химическая атака районного масштаба!
— Ну, так что там у вас? — ворчит стражник, забираясь в телегу.
Сердце ухает в пятки.
Я зачерпываю эту адскую, шипящую пасту голыми руками и, зажимая нос, намазываю ее на мешки рядом со мной и на свою рогожу сверху. А потом, накрываюсь ею, прямо за миг до того, как сапог стражника оказывается внутри телеги.
Он здесь. Всего в двух шагах от меня.
Я замираю.
Вжимаюсь в мешки.
Не дышу.
Лишь бы сработало!
Лишь бы Марта поняла мой трюк и подхватила его! Она умная. Она должна понять!
Стражник кряхтит, переворачивая один мешок.
— Так, тут, похоже, зола…
Переворачивает другой.
— Ага, а это корм…
А потом его рука тянется к моему мешку.
К тому, что я намазала. Он хватает его.
И тут же отшатывается, как от удара.
— Фу-у-у! — он зажимает нос. Я слышу, как он делает два шага назад. — Что… Что это за смрад?!
— Смрад? — голос Марты звучит удивленно, — Какой еще смрад? Вы про что?
— Про то! — рычит стражник, откашливаясь. — Чем у вас тут так пасет?! Будто кто-то сдох! Причем, от страха!
Я мысленно молюсь. Давай, Марта, давай, милая!
— А-а-а… Смрад? — Марта, кажется, наконец «понимает». — Ох, господин, так это ж… обрезки. С кухни. Я прихватила выбросить по дороге.
Я едва не смеюсь. Как всегда просто и гениально!
Молодец, Марта!
— Обрезки?! — стражник злится еще больше. — А кто мне говорил, что везет только золу и корм в мешках и больше ничего?!
— Ну так а что ж это, по-вашему? — тут же «включает» наглость Марта. — Ценность, что ли? Это и есть ничего! Мусор! Вот из ценного у нас — действительно одна только зола да корм, как я и сказала! Я ж вам не соврала!
— Да ты… Да вы…
— Да что вы к нам прицепились, господин! — взрывается Марта. — У нас госпожа Сабина мучается, а вы тут… обрезки нюхаете! Вы что, хотите, чтобы она вас утром спросила, почему ей так долго мазь везли?!