Я распахиваю глаза.
Надо мной — перекошенное от волнения и ярости лицо Ясной.
— Что?! Что случилось?! — я вскакиваю, сердце колотится так, что больно дышать.
— ПОГОНЯ!
Это слово бьет меня, как пощечина.
— Как?! — я не могу вдохнуть.
— Они вернулись! — шипит она, швыряя мне мои пожитки — узелок с едой и кошелек Марты. — Быстрее! Они прочесывают каждый дом! Идут сюда!
У меня внутри все обрывается. Мой мимолетный кошмар сбывается с ужасающей точностью.
— Куда?!
— За мной! К сараю! — командует она.
Ясная распахивает дверь. Я выбегаю за ней… и замираю.
На улице уже полноценное, серое утро.
Вся деревня стоит на ушах. Со всех сторон слышатся лай собак, крики, женский плач. И вся деревня кишит всадниками в черной броне с гербом в виде дракона посередине.
Они стучат в двери, грубо вытаскивают сонных крестьян, заходят в их дома и переворачивают все вверх дном.
Мое сердце замирает от ужаса и сожаления.
— Не стой! — Ясная толкает меня в спину. — Беги! Вон тот сарай, у кромки леса! Быстро!
Я бегу. Мои ноги, едва отдохнувшие, снова вязнут в утренней грязи.
Я в ужасе оглядываюсь. Ясная бежит за мной, что-то бормоча себе под нос, ее руки, переливающиеся тусклым радужным светом, делают странные, вяжущие движения в воздухе.
— Что вы сказали?! — кричу я, спотыкаясь. — Я не расслышала!
— Не останавливайся! — рычит она, не сбивая дыхания. — Я пытаюсь наложить иллюзию на бегу! И это, что ты знала, дико сложно! Добежим до сарая, и я закончу там!
Мы уже почти у цели.
Пятьдесят метров до спасительной темноты сарая.
Я уже чувствую запах сена…
И тут, из-за угла соседнего дома, прямо на нас вылетает двое всадников.
— СТОЯТЬ!
Лошади храпят, вставая на дыбы. Один из всадников направляет на нас копье.
Мы замираем у самого входа в сарай.
Они нас отрезали.
— Куда это вы так торопитесь? — голос стражника грубый, насмешливый.
Я в панике. Я опускаю голову так низко, как только могу, стараясь чтобы волосы упали мне на лицо, скрывая его от взгляда всадников.
Мое сердце колотится так, что я не слышу ничего, кроме его стука.
Ясная что-то шепчет. Быстро-быстро. Ее пальцы все еще плетут что-то в воздухе.
Она не успела!
— Эй! — второй всадник спрыгивает с коня. Он подходит к нам, его рука на эфесе меча. — А ну, подняли головы! Обе!
Ни я, ни ведунья не торопимся выполнять его приказ. Меня так вообще трясет так, что стучат зубы. Не хочу я обратно в эту клетку в подвале! Не хочу!
Видимо, наше непослушание сильно не нравится всаднику.
Он грубо хватает меня за подбородок.
Я вжимаю голову в плечи.
Нет. Нет. Нет.
— Я СКАЗАЛ, ПОКАЖИ ЛИЦО! — орет он, резко запрокидывая мое лицо.
Глава 14
Я зажмуриваюсь, ожидая крика: «Да, это она! Попалась, наконец!».
Мое сердце останавливается.
Тишина.
Я слышу только свое дыхание и фырканье лошади.
Медленно, очень медленно я открываю глаза.
Стражник смотрит на меня.
Его рука все еще держит мой подбородок. Но смотрит он… с удивлением. И с легким отвращением.
— Тьфу, — бормочет он, отпуская меня так резко, что я едва не падаю. — Ну и страшилище…
Его напарник, тот, что с копьем, усмехается.
— Чего там?
Второй спешивается, подходит ближе.
Он окидывает меня ленивым, оценивающим взглядом.
— Да ладно тебе, не такая уж и страшная. Обычная деревенская замухрышка. Вот если бы… — он бесцеремонно тычет пальцем мне в щеку, — …вот этот шрам убрать на щеке, так и вовсе ничего была бы.
Шрам?
Я напрягаюсь.
Разве у Линель был шрам? Я совершенно не помню, что когда пришла в себя и ощупывала ее… вернее, свое новое лицо, никаких шрамов там не было.
Я осторожно касаюсь щеки. Пальцы ничего не чувствуют.
Ясная! Это она!
Я бросаю на нее взгляд. Она стоит, чуть покачиваясь, ее лицо бледное, как полотно, но пальцы… ее пальцы все еще лихорадочно дергаются, будто плетя невидимую нить, а губы дрожат будто что-то проговаривая.
Она успела!
Она успела наложить иллюзию!
Но… она ее не закрепила.
Прямо сейчас она продолжает удерживать ее, из последних сил, пока эти двое нас разглядывают!
Надежда, яркая, как вспышка от муки, взрывается у меня в груди.
— Ладно, с этой понятно. А что насчет тебя, старая? — всадники тут же переключаются на Ясную. Первый грубо тычет в нее пальцем. — Чего молчишь? А ну, подними голову!
Нет! Я не могу этого допустить!
Я вижу, как Ясная напряглась. Если она сейчас потеряет концентрацию, все пропадет! Иллюзия спадет, и они увидят меня настоящую.