На ней, по обе стороны, стоят двое. Здоровенные мужчины в длинных белоснежных поварских фартуках поверх кожаных дубленок. У одного в руке топор, а у другого здоровенный, отполированный до блеска тесак.
Я, запыхавшаяся, в грязном, рваном платье, поднимаюсь по ступеням, чувствуя, как их взгляды подозрительно буравят меня с ног до головы.
— Стой! — гремит тесак, перекрывая мне путь. — Куда прешь?
— Я… хочу… заключить контракт, — задыхаюсь я, пытаясь выровнять дыхание. — Наняться на работу. Поваром. Помощником. Кем угодно!
Они переглядываются. Тот, что с топором, хмыкает.
— Сегодня не принимают. Пошла отсюда.
— Что? Почему? — во мне вспыхивает паника острее, чем при виде Эрхарда. Это был мой последний шанс. — Мне срочно нужно! — почти кричу я, в отчаянии озираясь через плечо. Где-то в лабиринте улиц уже слышны отдаленные, но четкие окрики и звон оружия.
— Потому что, милая моя, человек, ответственный за отбор таких… энтузиастов, как ты, до сих пор не соблаговолил пожаловать, — раздается ленивый, скучающий голос слева.
Из тени колонны выходит молодой мужчина в поварском кителе, который пошит на манер камзола. У него идеально уложенные светлые волосы и лицо, выражающее скуку. Он осматривает меня с ног до головы, и его нос чуть морщится.
— Так что, милочка, приходи завтра. — он делает легкий жест рукой, будто отмахиваясь от назойливой мухи.
Завтра?
У меня нет завтра.
— Но я не могу уйти! Пожалуйста, я готова на любую работу! Даже грязную! Мыть полы, чистить котлы, разделывать мясо, перебирать крупу! Я умею готовить! Я знаю…
— Я понял, ты знаешь многое, кроме слова “нет”, — аристократ прерывает меня, раздражение наконец пробивается сквозь его напускную лень. — Но я повторять больше не буду. Без мастера… — Он вдруг запинается.
Скучающий взгляд аристократа скользит за мою спину, вниз по лестнице, и на его лице появилось что-то вроде удивления.
— О! Кажется, тебе повезло. Кажется, наш долгожданный ценитель талантов как раз прибыл.
Надежда, острая и болезненная, пронзает меня.
Неужели, мне наконец-то повезло?
Я быстро вытираю ладонью грязь со лба и резко разворачиваюсь, готовясь броситься навстречу этому мастеру, чтобы попросить у него контракт.
Но в этот момент мой взгляд сталкивается с тем, кто медленно поднимается по широким ступеням.
И я чувствую как внутри меня все переворачивается вверх дном.
Потому что этого человека я никак не ожидала встретить здесь…
Глава 19
Время замирает.
Мужчина, поднимающийся по ступеням, медленно входит в поле моего зрения.
Дорогой камзол, расшитый золотом, безупречно уложенные светлые волосы, надменное выражение лица.
Тот самый аристократ, который толкнул меня в лужу у ворот.
У меня перехватывает дыхание.
Нет.
Нет, этого не может быть. Из всех людей в этом проклятом городе...
И тут же, поверх шока, накатывает вторая, более острая волна ужаса.
Иллюзия.
Вот бы она уже развеялась!
Тогда, пусть и в лохмотьях, но перед ним стояла бы совершенно другая девушка, а не та крестьянка, которая посмела его ослушаться и из-за которой его при всех отчитал герцог.
Наши взгляды сталкиваются.
У меня внутри все замирает.
А потом я замечаю, как его взгляд, скользнув мимо аристократа в поварском кителе, натыкается на меня и…
Сначала в его глазах мелькает недоумение, а потом — шок, узнавание.
Он останавливается на ступеньке ниже, и его лицо искажает гримаса ярости и отвращения.
— Ты?! — его голос, еще недавно такой высокомерный, теперь срывается на визг. — Какого демона ты здесь делаешь, шваль?! Как посмела сунуть свое уродливое рыло сюда?!
Я чувствую, как в легких моментально кончился весь воздух.
Моя иллюзия не развеялась…
Аристократ-повар поворачивается ко мне, потом к нему, одинокая бровь ползет вверх.
Скучающий аристократ у колонны поднимает бровь, явно заинтригованный.
— Мастер Каспар? Вы... знакомы? Эта особа умоляла о контракте.
— КОНТРАКТ?! — Каспар, кажется, готов лопнуть от бешенства. Его щеки багровеют. — Контракт с НЕЙ?! С этой грязной, наглой крестьянкой, которая осмелилась... — Он задыхается, тыча в меня изящным пальцем. — Вышвырнуть ее! Сию же секунду! Вон! Чтобы духу ее здесь не было!
Каждое его слово — как удар хлыстом. Моя хрупкая надежда трещит по швам.
Внутри все сжимается в ледяной, тяжелый комок отчаяния.
— Пожалуйста, — мой голос звучит тихо, хрипло. Я делаю шаг вперед. — Мастер Каспар, я глубоко сожалею о том, что произошло у ворот. Я очень спешила именно сюда, чтобы заключить этот контракт! Это была крайняя необходимость, клянусь! Прошу вас, дайте мне шанс...