Дамир побледнел. Он резко развернулся и, почти бегом, направился к выходу, расталкивая гостей. Его уход был настолько поспешным и жалким, что несколько человек проводили его насмешливыми взглядами.
Владимир хмыкнул.
— Я же говорил. Победа без единого выстрела.
В этот момент Алина поднялась на небольшую импровизированную сцену у центральной стены и легонько стукнула ножом по бокалу. В зале воцарилась тишина.
Все взгляды устремились на неё. Она стояла под софитами, прекрасная и невозмутимая.
— Дорогие друзья, гости, коллеги, — её голос, чистый и уверенный, нёсся под сводами галереи. — Спасибо, что пришли разделить с нами этот особенный вечер...
Она говорила об искусстве, о красоте, о силе, которая позволяет человеку подняться после любого падения. Она не сказала ни слова о себе, но каждый в этом зале понимал — она говорила о своей жизни. О своей борьбе. О своей победе.
Я смотрел на неё и понимал, что наша история — это не история спасения. Я не спас её. Она спасла себя сама. А я... я был просто тем, кто оказался рядом. Кто поверил в неё. И в этом была моя собственная победа.
Когда она закончила речь, зал взорвался аплодисментами. Она сошла со сцены, и её сразу окружили люди — поздравляющие, желающие сотрудничать, восхищённые поклонники.
Она ловила каждое рукопожатие, каждое слово, и в её глазах горел огонь. Огонь не просто успеха. Огонь человека, который прошёл через ад и вышел из него не сломленным, а закалённым. Сильнее, чем когда-либо.
В этот момент наш взгляд встретился через толпу. Она улыбнулась мне — не той безупречной, светской улыбкой, что была у неё всё это время, а своей, настоящей, тёплой и немного уставшей. И в этой улыбке было всё: «Мы справились. Мы дома».
И я знал — все бури и вправду позади. Впереди была только светлая глава. Самая важная. Для нас троих.
Вечер близился к завершению. Шум голосов поутих, вспышки камер погасли, и в залах галереи воцарилась уставшая, но торжественная тишина, пахнущая шампанским, дорогими духами и праздником. Всё прошло идеально. Гости, восхищённые и довольные, уже разъезжались, оставляя за собой лишь эхо аплодисментов и пустые бокалы.
Владимир, с лицом сияющим от гордости, подошёл к нам в очередной раз, крепко обнял Алину и хлопнул меня по плечу.
— Сестрёнка, ты была блестяща. Абсолютно блестяща. Мне пора, делец из Вены звонил, ждёт моего звонка. Не провожайте.
— Не будь глупым, — устало, но тепло улыбнулась Алина. — Мы выйдем с тобой.
Мы проводили его до чёрного внедорожника, припаркованного у тротуара. Ночь была прохладной и звёздной. Владимир ещё раз обнял нас обоих, что-то буркнул на ухо Алине, от чего она рассмеялась, и наконец уселся за руль. Машина плавно тронулась и растворилась в потоке огней.
Алина вздохнула, подставив лицо ночному ветерку.
— Боже, я так устала. Хочу немного постоять здесь, подышать. Идти обратно в этот запах пока не могу.
— Хочешь, я останусь с тобой? — спросил я, но она покачала головой.
— Нет-нет, зайди, пожалуйста, проверь, всё ли в порядке с кассой и документами. Я на пять минут, я обещаю.
Я кивнул, поцеловал её в холодную щёку и повернулся, чтобы зайти внутрь. Тяжёлая стеклянная дверь закрылась за мной, оставив её одну в ночи. Я сделал несколько шагов по пустынному теперь главному залу, прислушиваясь к скрипу своих подошв по глянцевому полу.
И вот тогда до меня донеслось. Сначала приглушённый, сдавленный крик. Мужской голос, полный такой ненависти и боли, что кровь во мне застыла.
— Ты разрушила всё! Всю мою жизнь!
Дамир.
Ледяная игла пронзила меня от темени до пят. Я рванулся обратно к двери, сердце колотясь как бешеное, вышибая воздух из лёгких.
И тут же мир раскололся на осколки.
Резкий, сухой, оглушительный хлопок. Выстрел.
— АЛИНА!
Я вылетел на улицу. Она стояла лицом ко мне, всего в паре метров от двери, застывшая в неестественной позе. Её плечи были сведены, одна рука поднята к груди. И затем, медленно, как в кошмарном замедленном кино, она начала оседать, её стройные ноги подкосились, а чёрное платье беззвучно распласталось на асфальте.
За ней, с диким, искажённым безумием лицом, стоял Дамир. В его вытянутой руке дымился ствол.
— Сука! — закричал он, его голос сорвался в истерический визг. — Довольна?!
Я не думал. Не видел ничего, кроме её падающего тела. Я бросился вперёд, и в тот же миг Дамир развернулся и бросился бежать, его фигура быстро растворилась в тени между зданиями.