– Почему меня хотели убить? – я прищурилась. Было стойкое ощущение, что мне пытаются что-то недосказать и феерично обойти этот момент, как умеют это делать только мои родители.
– Потому что ты…, – попытался вклиниться в разговор Арес.
– АРЕС, – в унисон воскликнули родители и мужчина замолчал.
– Ты поклялся, – напомнил отец Аресу какие-то его слова, видимо произнесенные давным давно. – Или твое слово ничего не значит?
– Хорошо, – кивнул мужчина. – Тем более я здесь не для этого.
– А для чего вы здесь? – я понимала, что всю правду мне расскажет только Арес, поэтому я адресовала вопрос ему.
Арес обвел взглядом палату, словно прикидывая, насколько ничтожны и беспомощны мы все в сравнении с ним. Его взгляд надолго и цепко задержался на моем брате, лежащем без сознания под капельницей. В этих холодных серых глазах не было ни сочувствия, ни жалости – лишь расчетливый интерес.
– Я пришел сюда, чтобы предложить вам свою помощь, – медленно, словно смакуя каждое слово, произнес он. В его голосе звучал намек на превосходство, которое раздражало до зубовного скрежета. – Я могу спасти мальчишку. Я единственный, кто может это сделать.
В повисшей, давящей тишине я вдруг отчетливо услышала, как бешенно колотится мое собственное сердце, словно пытаясь вырваться из груди. Мама судорожно вздохнула, как будто ее ударили в живот, а отец с такой силой сжал кулаки, что костяшки на руках побелели и, казалось, сейчас прорвут кожу.
– Очевидно же, что ребенок, рожденный от двух магов, обречен чахнуть в этом унылом, безликом мире, – продолжил Арес будничным тоном, совершенно не обращая внимания на нашу реакцию. – Ему необходима магическая подпитка, как воздух, как вода. А здесь ее просто нет. Михаил медленно умирает от голода, и исход, увы, предопределен.
Я с болью посмотрела на своих родителей. В их глазах плескалось отчаяние, беспомощность и горькое признание – они знали, что Арес говорит правду. Знали, и все эти годы жили в страхе, но ничего не могли исправить.
Во мне будто взорвалась мощная бомба замедленного действия. Ярость, копившаяся внутри годами, вырвалась наружу неудержимым потоком, сметая все на своем пути. Я резко вскочила со стула и набросилась на родителей, не в силах сдержать клокочущий внутри гнев.
– Значит, вы все знали и молчали?! – кричала я, срываясь на визг, чувствуя, как дрожит каждая клеточка моего тела. – Знали, что ребенку нужна магия, что он медленно угасает, и просто ждали, когда Миша умрет?! Вы просто стояли и смотрели, как он чахнет?! Как он пытается выжить, идя наперекор всему?!
Мама, не выдержав моего яростного напора, разрыдалась, закрыв лицо дрожащими руками. Она вся сжалась в комочек, словно надеясь стать невидимкой. Отец, всегда такой статный и сильный мужчина, опустил голову, избегая моего взгляда. Я видела, как по его щеке медленно скатилась одинокая слеза.
– Прости нас, Саша, – тихо проговорил он, и в его голосе послышались нотки вины и отчаяния. – Именно поэтому мы всегда были рядом с ним, всегда. Отдавали ему всю магию, что была в нас, до последней крупицы. Но этого было недостаточно. Он слишком слаб, а мы… мы почти опустошены. Нас хватило только на то, чтобы он дожил до этого возраста.
Я смотрела на своих родителей и понимала, что они готовы на все ради спасения моего брата. Я видела их страх, их отчаяние, их любовь. Но какую цену им придется заплатить? Какую страшную цену придется заплатить мне?
– Что… что тебе нужно взамен, Арес? – отвернувшись от родителей, прохрипела я, с трудом выдавливая из себя слова, зная, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и что этот хитрый змей никогда не станет помогать просто так. – Что ты хочешь за спасение моего брата?
Арес, не отрываясь, смотрел мне прямо в глаза. Его взгляд был холодным, пронзительным и до неприличия оценивающим. От этого взгляда по моей спине пробежали мурашки, а внутри все сжалось в тугой, болезненный комок. Да, я чувствовала это. Интуиция кричала мне, что просто так ничего не бывает, и что сейчас мне предстоит услышать в какую цену обойдется мне жизнь брата.
– Мне нужна ты, Александра, – спокойно и бесстрастно ответил он, будто заказывал чашку кофе в ближайшей кофейне. – Ты – плата за жизнь твоего брата.
Добро пожаловать в книгу.