– Разумеется, – я кивнула, словно говоря о чем-то само собой разумеющемся. – Но ваш вклад в мою безопасность не должен оставаться незамеченным. Полагаю, повышение в звании вас устроит?
– Я не нуждаюсь в повышении, – буркнул он. – Я просто хотел убедиться, что вы в порядке после пережитого стресса.
– Я ценю вашу заботу, генерал, – в моем голосе прозвучала ледяная вежливость. – Но, думаю, мне лучше отдохнуть перед завтрашним балом. Доброй ночи.
Он молчал, прожигая меня взглядом. Я чувствовала, как на мои щеки наползает предательский румянец, но не отводила глаз. Я должна выстоять. Я должна показать ему, что я выше его дешевых манипуляций.
Наконец, он с шумом выдохнул и отвернулся, направляясь к двери.
– Как пожелаете, ваше высочество, – процедил он сквозь зубы. – Доброй ночи.
Дверь с хлопком закрылась, оставив меня в одиночестве. Я прислонилась к стене, чувствуя, как подкашиваются ноги. Победа? Да, я оттолкнула его, защитила себя от возможного обмана. Но почему тогда в груди так жжет?
Он был прав. Мне нужно было отдохнуть. Но сон не шел. В голове вертелись его слова, его взгляд, его поцелуй. Поцелуй, который я так старалась забыть, но который до сих пор обжигал мои губы.
Что я наделала? Зачем я так с ним? Зачем я прикинулась такой холодной и надменной? Ведь я же чувствовала, что он был искренен. Ведь я же хотела совсем другого.
Он же рисковал жизнью ради меня. А я? Я отплатила ему высокомерием и подозрением.
«Дура! Дура! Дура!» – мысленно кричала я на себя.
Сорвавшись с места, я подбежала к окну и распахнула его настежь. Холодный ночной воздух ворвался в комнату, неся с собой запахи сосен и земли.
Я смотрела на темный силуэт замка, на мерцающие вдали огни города и чувствовала, как слезы душат меня.
Я ведь и правда поверила, что он всего лишь играет. Что он хочет меня сломить, унизить, использовать в своих целях.
Но теперь я понимала, что совершила огромную ошибку. Я оттолкнула человека, который мог стать мне опорой и поддержкой в этом чужом и враждебном мире.
Я прикрыла лицо руками и разрыдалась. Слезы текли ручьями, смывая с меня маску холодной принцессы, обнажая истинную, растерянную и испуганную девушку, застрявшую в чужом теле и отчаянно нуждавшуюся в любви и понимании.
Слезы высохли, оставив после себя лишь тяжесть в висках и саднившее от бессонницы горло. Задернув окно, я вернулась в постель, но сон не спешил приходить. В голове, словно заезженная пластинка, крутились последние события: рудники, заговорщик, бешеный бег лошади и, конечно же, поцелуй… Поцелуй, который я так глупо и поспешно отвергла.
Наконец, измученная противоречивыми чувствами, я все же провалилась в беспокойный сон. Но он не принес облегчения. Он обернулся кошмаром.
Сначала я увидела его. Генерала де Валуа. Он стоял на вершине скалы, освещенный лучами заходящего солнца, и протягивал ко мне руки. Его глаза горели нежностью и любовью, а губы шептали мое имя. Я бежала к нему, спотыкаясь и чуть ли не падая, но он всегда оказывался рядом, чтобы подхватить меня и удержать над пропастью. Его поцелуи были жаркими и страстными, его прикосновения – желанными и трепетными. В его объятиях я чувствовала себя в безопасности, защищенной от всех бед и невзгод этого мира. Казалось, нет ничего важнее и прекраснее, чем это мгновение, чем этот поцелуй, чем этот мужчина.
Но вдруг, раздался оглушительный крик. Земля задрожала, солнце померкло, и передо мной возникла другая фигура. Мрачная, зловещая, с пылающими ненавистью глазами. Это был он. Тот самый заговорщик с рудников, лицо которого было искажено злобой.
Он вырвал меня из объятий генерала, отталкивая его в пропасть. Я закричала, пытаясь вырваться, но его хватка была мертвой. Он прижал меня к себе, обжигая кожу ледяным прикосновением.
– Не ему ты принадлежишь, – прошипел он мне в лицо. – Ты моя! Ты должна быть со мной!
Я отталкивала его, кричала, звала на помощь, но никто не слышал. Генерал исчез, словно его и не было. Вокруг была только тьма и этот безумный человек, одержимый ненавистью и жаждой мести.
Он тащил меня куда-то, через грязные улицы, темные переулки, мимо нищих и убогих. Я чувствовала себя беспомощной марионеткой в его руках.