– Аннет, – сказала я, когда фрейлина закончила прическу. – Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня разузнала.
Аннет насторожилась, но кивнула в знак согласия.
– Я хочу знать все о помиловании главаря бунтовщиков. Кто ходатайствовал о его освобождении? Какие у него связи во дворце? И еще… Мне нужно знать все о прошлом принцессы Хелены. О ее друзьях, врагах, поклонниках… Любая информация может оказаться полезной.
Аннет нахмурилась.
– Ваше Высочество, это может быть опасно. Дворцовые интриги – не шутки. Если кто-нибудь узнает, что вы еще не совсем здоровы и не помните свое прошлое, то могут возникнуть проблемы. Есть люди которые захотят этим воспользоваться.
– Значит, нужно быть осторожными, – перебила я. – Я рассчитываю на твою помощь, Аннет. Ты единственная, кому я могу доверять.
Фрейлина вздохнула и кивнула.
– Я сделаю все, что в моих силах, Ваше Высочество. Но прошу вас, будьте осторожны.
Я улыбнулась ей в знак благодарности.
– А теперь, – продолжила я, – мне нужно навестить отца.
Когда я вошла в кабинет короля, он сидел за массивным письменным столом, погруженный в чтение каких-то бумаг. Увидев меня, он поднял голову и приветливо улыбнулся.
– Доброе утро, Хелена. Как ты себя чувствуешь?
– Гораздо лучше, отец, – ответила я, слегка поклонившись. – Благодарю за заботу.
Он жестом пригласил меня сесть.
– Я рад это слышать. После всего пережитого тебе нужен отдых. Но я знаю, что ты не привыкла бездельничать. Чем я могу тебе помочь?
– Отец, – начала я, стараясь говорить как можно более непринужденно. – Я хотела поговорить с тобой об одном важном деле. О помиловании главаря бунтовщиков.
Лицо короля слегка помрачнело.
– Я знаю, это решение вызвало много споров, – ответил он, помолчав. – Но я посчитал, что это необходимо для сохранения мира в стране.
– Но почему именно он? – настаивала я. – Разве он заслуживает прощения после всего, что натворил?
Король вздохнул.
– Это сложный вопрос, Хелена. В политике не всегда можно следовать простым принципам справедливости. Иногда приходится идти на компромиссы, чтобы избежать кровопролития.
– И кто же настоял на его помиловании? – спросила я, не отводя взгляда.
Король на мгновение отвел глаза.
– Это не имеет значения, Хелена. Важно то, что решение принято, и мы должны двигаться дальше.
Его уклончивость лишь усилила мои подозрения. Кто-то влиятельный стоял за этим помилованием. И этот кто-то не хотел, чтобы я знала правду.
– Отец, – продолжила я, – я слышала, что этот человек был помилован якобы по политическим соображениям, но что если он связан с предателем, устроившем покушение на меня? Не думал ли ты, что его помилование на руку кому-то, кто потворствует бунтовщикам?
Король резко взглянул на меня.
– Тебе не стоит думать об этом. Как только я узнаю об этом, он будет наказан.
Я чувствовала, как назревает конфликт, но не могла отступить. Мне нужна была правда. Даже если она окажется горькой и болезненной.
– Отец, разве ты не понимаешь, что я в опасности? Если этот человек действительно задумал против меня что-то плохое, то помилование только усугубит ситуацию. Прошу тебя, расскажи мне, кто ходатайствовал о его освобождении. Я должна знать, кому я могу доверять, а кому – нет.
Наступила долгая, напряженная пауза. Король сверлил меня взглядом, словно пытаясь прочитать мои мысли. Наконец, он вздохнул и откинулся на спинку кресла.
– Хорошо, Хелена, – произнес он медленно. – Я скажу тебе правду. Но ты должна пообещать, что не будешь действовать опрометчиво.
Я кивнула, затаив дыхание.
– О помиловании главаря бунтовщиков просил генерал де Валуа.
Я вздрогнула, словно от удара. Генерал де Валуа… Человек, который спас мне жизнь. Человек, которому я, казалось, начала доверять. Неужели он тоже играет в эту опасную игру?