– Они хотели использовать вас, чтобы дестабилизировать королевство, Ваше Высочество, – объяснил мужчина в камзоле. – Но их планы провалились. Завтра они ответят за свое предательство.
Завтра? Что завтра?
– Что будет завтра? – спросила я, чувствуя, как к горлу подступает ком.
– Завтра на городской площади состоится казнь бунтовщиков, Ваше Высочество, – сказал мужчина. – Как символ победы королевской власти над теми, кто осмелился предать ее. Вам надо будет присутствовать на ней.
Казнь. Публичная казнь. И это все ради меня. Ради Хелены, которой я не являюсь. Мне стало дурно. Что я здесь делаю? Я не должна этого допустить.
В этот момент в комнату вошел еще один человек – пожилой мужчина в светлой длинной мантии. Вот даже гадать не надо, это местный эскулап. Лекарь, как его назвал кто-то из присутствующих. В руках у мужчины был саквояж, который он поставил на услужливо подвинул ему стульчик.
– Ваше Высочество, – произнес он, склонив голову. – Разрешите осмотреть вас.
Он долго ощупывал мой пульс, заглядывал в глаза, задавал какие-то странные вопросы. В конце концов, он удовлетворенно кивнул.
– Действие заклинания почти прошло, – объявил он. – Организм очищается, побочные эффекты минимальны. А память… память вернется к ней со временем. Главное – покой и забота.
Забота. Да, именно в ней я сейчас нуждалась. Забота о том, как не выдать себя, и не быть казненной вслед за заговорщиками. Никто не поверит в то, что я не с ними заодно.
Когда все, наконец, оставили меня одну, я рухнула на кровать, чувствуя себя совершенно разбитой. Завтра… нужно что-то делать. Я не могу просто сидеть и ждать, пока невинные люди будут казнены из-за меня. Но что? Как я могу остановить королевскую машину правосудия, будучи всего лишь самозванкой, запертой в теле принцессы? В мыслях был хаос. Нужно было успокоиться и все обдумать.
Идея поговорить с королем и королевой возникла спонтанно, словно луч света пробился сквозь густой туман отчаяния. Они же родители Хелены! Даже если я самозванка, любящие родители, возможно, прислушаются к голосу разума, к мольбе. Может быть, они помогут остановить завтрашнюю казнь. Это был шанс, пусть и слабый, но хвататься нужно за любой.
Страх сковывал, парализовывал волю. Но я пересилила себя. Нельзя было просто так сдаваться. Нужно попробовать.
– Мне нужно поговорить с королем и королевой, – сказала я старшей фрейлине, когда та вернулась в мои покои.
Женщина, кажется, ее звали леди Амелия, удивлённо вскинула брови.
– Ваше высочество, вам сейчас нужен покой. Король и королева будут рады видеть вас, когда вы полностью восстановитесь.
– Нет, – твердо возразила я. – Это очень важно. Я должна поговорить с ними сейчас.
Леди Амелия попыталась отговорить меня, ссылаясь на мое состояние, на дворцовый протокол, на множество других причин. Но я была непреклонна. В ее глазах читалось сомнение, но она уступила моему напору и своей преданности долгу. В конце концов, я же принцесса, пусть и фальшивая. По крайней мере о моем самозванстве пока что никто не знает. Я надеюсь и не узнают вовсе.
– Хорошо, ваше высочество, – произнесла леди Амелия, вздохнув. – Я провожу вас к королевским покоям. Но, пожалуйста, будьте осторожны. Не перенапрягайтесь.
Дорога по длинным, богато украшенным коридорам дворца казалась бесконечной. Каждый шаг отдавался эхом в моей голове, напоминая о риске, на который я иду. На каждом углу встречались стражники, горничные, придворные, которые низко кланялись, приветствуя "принцессу". Я старалась держать лицо, отвечая кивком головы, но внутри все дрожало от страха. Да откуда я знаю, как положено принцессам кланятся ?
Наконец, мы подошли к массивным двустворчатым дверям, украшенным золотой резьбой. Это и были королевские покои. Леди Амелия слегка приоткрыла дверь и тихо произнесла:
– Я доложу о вашем прибытии, ваше высочество.
Я кивнула, сглатывая ком в горле. Леди Амелия исчезла за дверью, оставив меня в одиночестве. Несколько долгих минут ожидания показались вечностью. Наконец, дверь снова приоткрылась, и леди Амелия жестом пригласила меня войти.
– Король и королева ждут вас, ваше высочество, – прошептала она, и отступила в сторону.
Я глубоко вдохнула, стараясь унять дрожь в руках, и шагнула в королевские покои. Дверь за мной тихо закрылась, оставив меня наедине с "родителями", с моим приговором.