Я села на землю, обхватив голову руками. Все это было слишком странно, слишком нереально. Передо мной сидел разумный, говорящий дракон, который не помнит, как он стал говорящим, и на которого охотятся какие-то типы, которых прислал сюда король. Да тут нужно срочно что-то делать!
– Слушай, Игнис, – сказала я, твердо глядя ему в глаза. – Нужно всем рассказать, что ты не кровожадный монстр, а… ну, вегетарианец! Ну, или кто ты там по своим драконьим предпочтениям. Нужно рассказать, что ты разумный, что с тобой можно разговаривать.
Игнис грустно усмехнулся.
– Никто тебе не поверит, Маша, – сказал он. – Люди боятся того, чего не понимают. Увидят дракона – и сразу поверят всем сказкам, которые про нас рассказывают. А разговаривать со мной никто не захочет. Они скорее постараются убить.
Я хотела возразить, сказать, что люди не все такие злые и предубежденные. Но в глубине души понимала, что Игнис прав. В мире, где правят страх и предрассудки, правду услышать очень трудно.
Уважаемые читатели, приглашаю вас в наш необычный литмоб "Редкостный дракон"
и в книгу автора Сергей Аб «Пока герой в пути...» https://litnet.com/shrt/8lPy
3.3
– И что теперь делать? – с отчаянием спросила я, оглядываясь по сторонам. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и лес наполнился тревожными тенями. Надо было что-то решать, и решать быстро.
Игнис пожал плечами, или, скорее, слегка повел огромными, чешуйчатыми крыльями которые к слову у него были довольно подвижными.
– Ничего, – буднично ответил он. – Я уже привык. Живу как-то. Прячусь, ягоды собираю, охотников обхожу стороной.
– Привык? – возмутилась я. – Да как можно привыкнуть к тому, что на тебя охотятся? Это же… это несправедливо.
– Ну, жизнь вообще штука несправедливая, – философски заметил дракон. – Что поделать.
Я поморщилась. Меня такой подход совершенно не устраивал. Нужно было что-то менять, и я была полна решимости это сделать.
– А родители у тебя есть? – вдруг спросила я, сама не зная, откуда взялся этот вопрос. Может, я пыталась найти хоть какую-то зацепку, хоть что-то, что могло бы объяснить его необычность.
Игнис снова вздохнул, на этот раз еще тяжелее, чем в прошлый раз.
– Не знаю, – ответил он. – Сколько себя помню, я уже был взрослым. Как будто сразу появился на свет таким, какой я есть. Без мамы, без папы, без всяких там младенческих прибамбасов. В общем в яйце я себя не помню, если ты об этом.
Я уставилась на него с изумлением.
– Как это «сколько себя помню»? А сколько ты себя помнишь? Ну, в годах?
Игнис задумался, наморщив морду так, что чешуя на лбу собралась в глубокие складки.
– Не знаю, – признался он после долгого молчания. – Я не считал. Да и зачем мне это? Времени у меня много, года – они все одинаковые. Прошло много лет, это точно. Леса вокруг менялись, реки русла меняли, даже горы, кажется, немного подросли. А я все тут живу…
– Погоди, – перебила я. – Ты вообще считать умеешь?
Игнис посмотрел на меня с легким раздражением.
– Конечно, умею, – огрызнулся он. – Я что, по-твоему, совсем глупый? Я дракон, а не какая-нибудь лесная букашка.
– Ну, хорошо, хорошо, – поспешила успокоить его я. – Просто… знаешь, чтобы убедиться. А то вдруг ты просто так говоришь, для красного словца. Сейчас проверим твои знания. Сколько будет два плюс два?
Игнис закатил глаза.
– Четыре, – ответил он с явной неохотой.
– Правильно! – обрадовалась я, как будто он только что решил сложнейшую математическую задачу. – А сколько будет семь минус три?
– Четыре, – повторил Игнис, зевая. – Это что, допрос?
– Нет-нет, что ты, – заверила я его. – Просто… проверяю твою грамотность. Одиннадцать плюс пять?
– Шестнадцать! – выпалил он уже с некоторым раздражением.
– Отлично! – Я торжествовала. – А теперь задачка посложнее. Двенадцать умножить на восемь?