Она шла быстро, ее тень впереди была длинной и угловатой.
– Эта чешуйка… она же с платья…, — прошептала я, едва поспевая.
– Не важно, откуда. Важно, что она была. И ее увидели. — Агафья обернулась, и в ее глазах в сгущающихся сумерках горел острый, недобрый огонек. — Запомни, девочка. Следы чужой силы — они как уголья. Даже остывшие, могут пожар разжечь. Теперь ты этот уголек в людской памяти заронила. Он будет тлеть.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов