Анхела почувствовала, как у неё похолодело внутри.
- Но он… он говорил не о любви. Не о чувствах, а о презрении ко мне.
- Это невозможно. Если ты была его парой, он бы понял. Не отказался от тебя.
- Но он отказался.
- Значит ты не его истинная.
- Но это он… отец моего малыша отметил метку, которой вы называете меткой истинности.
- Он и есть твой истинный.
- Но он оставил меня. Женится на другой. Он женится на этой другой. Он любит её, - упорствовала Анхела.
- Чувства могут быть, - кивнула Марта, - они могут быть даже очень сильными. Страсть господина: штука опасная и ослепляющая. Но она не меняет сути. Его душа, его истинная сущность, уже принадлежит другой: тебе. Той, чей отпечаток лежит на его душе с самого начала. Он может бежать от этого, он может пытаться забыться, но в день своего тридцатилетия или в момент великой опасности, или при встрече с истинной - печать проявится, и всё встанет на свои места. Это неумолимо, как течение реки.
- Значит… я была просто… развлечением? Попыткой убежать? - голос Анхелы дрогнул.
- Глупости. В любом случае, дитя, та другая никогда не станет воздухом, без которого нельзя дышать. Не станет тишиной в его голове, когда весь мир кричит. Не станет точкой равновесия, вокруг которой вращается его вселенная. Это может дать только истинная. Она - его покой и его буря, его слабость и его сила. Встретив её, он обретет целостность. А без неё - всегда будет лишь могучей, прекрасной, но незавершенной версией себя.
- Такую же метку я видела и у него на руке, - произнесла Анхела, очень заинтересовавшись разговором с Мартой. Эта женщина приоткрывает перед ней те тайны об этом новом мире, которые она так сильно хотела узнать.
- Постой! - она удивлённо вскинула брови, - он думает, что получил эту метку, когда прикоснулся не к тебе, а к своей будущей жене?
- Я не знаю.
- У неё тоже должна быть такая же метка. Но это невозможно. Ведь метку истинный уже подарил. Тебе.
- Я не понимаю…
- Скорее всего, на руке невесты твоего суженого тоже есть метка. И она могла создать её с помощью магии. Впрочем, может быть ещё один вариант.
- Какой?
- Метка на руке лжеистинной может на миг проявиться как отголосок, - объясняла мягко Марта, - когда господин соединяется с кем-то физически… особенно если это происходит на пике его магии или сильных эмоций… его душа, ищущая свою половинку, на мгновение проявляется. И может оставить след на том, кто рядом. Как эхо. Как тень от пламени. Это не значит, что та другая его истинная. Это значит, что она была очень близко к огню, когда он горел особенно ярко. И его печать, предназначенная для другой, слегка коснулась и её.
- Так, может быть, моя печать случайна?
- Она давно у тебя?
- Да.
- Печать - настоящая. Это точно.
= 18 =
Анхела бросила взгляд на метку на руке. Теперь она хоть немного понимала её значение.
- А мой истинный будет счастлив со своей женой?
- Счастлив? - Марта покачала головой, - это слишком простое слово. Рядом с ней он никогда не будет на своём месте. Он не обретет ни покой, ни мощь. С тоской будет смотреть на луну по истинной. Будет беречь в тайном уголке сердца образ истинной. Законы души не отменяют законов сердца. Они просто сильнее их.
Старуха наклонилась вперёд, и её глаза, мудрые и печальные, смотрели прямо в душу Анхелы.
- Но слушай меня, дитя. Ни одна другая женщина не может быть соперницей истинной. Истинность - просто факт, как гравитация. А жена твоего истинного… Жаль её. Она полюбила падающую звезду. Но та не сможет упасть к ней в руки. Её путь предопределен. Твоя же сила, - Марта положила руку на ещё плоский живот Анхелы, - в том, чтобы любить этого ребёнка. Выбрать жизнь, которая сейчас растёт в тебе. Твоя душа свободна. И твоя любовь к малышу - твой собственный, не навязанный никем дар. Возможно, это куда более редкая и страшная магия, чем любая печать господина. Если судьбе будет угодно, то и господин будет у твоих ног.
Анхела закрыла глаза, чувствуя под ладонью Марты тихое, пока ещё неосязаемое присутствие новой жизни. Мир рушился, обнажая свои жестокие, незыблемые законы. Но в его руинах, посреди пепла от несбывшихся надежд, уже пробивался крошечный, упрямый росток новой жизни.