Дарион.
Он почувствовал зов слишком поздно, но явился стремительно. Его магия рванулась, как хищник, обшаривая каждый угол, каждую улицу, словно когтями прочёсывая пространство.
— Он близко… — *прошептала Саурлинн, бледнея.*
Феанор сжал зубы, а Хирако на миг прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Внутри всё кипело: он знал, что именно этот ксон довёл Фей до предела боли. Но сейчас нужно было не бросаться, а ждать.
Дарион появился в мёртвом квартале города — его силуэт, чёрный, как сама ночь, ступал быстро и уверенно. Он останавливался, вслушивался, смотрел по сторонам, но снова шёл вперёд.
— Чует, но не видит, — *шепнул Феанор.* — Ему мешают наши плетения.
И действительно — тонкие нити магии, натянутые Феанором и Хирако, скрывали их присутствие. Дарион нахмурился, резко повернул голову, и на миг показалось, что его глаза встретились с глазами Хирако. Но нет — он двинулся дальше, раздражённый.
— В сторону его дома или укрытия?… — *тихо спросила Саурлинн*. — Он возвращается туда?
Трое двинулись следом, словно тени. Каждый шаг был осторожным, дыхание сдерживалось. Хирако держал ладонь на рукояти оружия, готовый в любой миг сорвать все маски и броситься на врага.
Но пока — нужно было терпеть.
Дарион шёл быстро, его ярость словно горела вокруг него тёмным ореолом. В его походке не было ни страха, ни сомнения — только раздражение охотника, который чувствует, что добыча где-то рядом, но никак не может её найти.
— Скоро, — *прошептал Хирако, сжав зубы.* — Скоро я доберусь до него.
Феанор бросил на него быстрый взгляд, полный предупреждения, и покачал головой:
— Мы должны узнать всё, прежде чем ударим.
И трое продолжали идти, словно тени, в глубину мрака ночи, туда, где их ждал логово этого чудовища.
Дом встретил их гнетущей тишиной. Дарион, не заметив слежки, вошёл внутрь и почти сразу направился к подвалу. Его губы скривились в хищной ухмылке, и тихо, но отчётливо прозвучало:
— Время продолжить нашу игру…
Голос его был тягучим, словно он смаковал каждое слово. Внизу что-то едва слышно зашевелилось, и стало ясно: у него действительно была новая жертва. Но шаг сделать он не успел.
Сзади его сбила сильная магия, и тело Дариона глухо ударилось о каменный пол.
— Так ненавижу подобных тебе… — *голос Хирако прорезал темноту, как нож.*
Дарион тут же попытался подняться, его глаза сверкнули, и магия рванулась в стороны, как чёрный ураган. Но прежде чем она вырвалась наружу, пальцы Феанора сомкнулись в магическом жесте — и Дарион рухнул обратно, его тело скрутило параличом.
— Добряк на вид… — *Хирако медленно вышел из тени и склонился над ним,* — …но ты думаешь только о себе.
Феанор нахмурился и бросил взгляд по сторонам, уходя проверять комнаты, но при этом не ослабляя заклинания. Саурлинн, не медля, бросилась вниз по лестнице в подвал, её шаги стучали по каменным ступеням.
Хирако же опустился на корточки рядом с Дарионом, глаза его сверкнули злобным огнём.
— Хочешь так? — *тихо, почти шёпотом сказал он.* — Отомстить и убить, чтоб потом мирно спать?
Его губы скривились в ухмылке. Ладонь медленно вспыхнула пламенем. Хирако резко ударил его в грудь — не убойно, но так, что ткань загорелась, и кожа Дариона зашипела от жара. Тот, скрипнув зубами, тихо зашипел, но закричать не мог — магия Феанора сжимала его, как цепи.
— Считай, — *Хирако нагнулся ближе, его голос сорвался на глухой рык,* — что если бы ты добил мою младшую сестру, то не стал бы страдать.
Он схватил Дариона за волосы, рывком подняв его лицо вверх.
— Но нет… — *шёпот Хирако стал хриплым, почти безумным.* — У всего есть своя цена. И, поверь, ты заплатишь мне сполна.
Огонь на его руке усилился, отбрасывая на стены пляшущие багровые тени.
— Ведь имя ты сказал, когда она страдала, — *его взгляд пылал холодной яростью.* — В отличие от тебя, невнимательность мне чужда.
Он наклонился так близко, что горячее дыхание обожгло кожу Дариона.
— Потому что беспощадность и достоверность в убийстве — это милость для нас самих…
В подвале раздался сдавленный женский крик — Саурлинн что-то нашла. Феанор, возвращаясь в комнату, посмотрел на Хирако, и его голос прозвучал резко:
— Хирако. Не сейчас.
Но Хирако даже не шелохнулся. Его рука всё ещё горела пламенем, а волосы Дариона трещали от жара. В его глазах не было сомнения — только ненависть и жажда расплаты.
Саурлинн, добравшись до подвала, замерла. В темноте, среди цепей и грубых верёвок, дрожали две крошечные фигурки. Близнецы-феи — мальчик и девочка лет одиннадцати, с тонкими прозрачными крылышками, изломанными и в крови. Их глаза были распахнуты от ужаса, губы дрожали.