— Лучше быть ксоном, чем трусливым дипломатом, который десятилетиями лишь смотрит, как всё рушится, — *отрезал Хирако, не моргнув.*
Авалин резко повернулась к нему.
— Если бы я тебя не знала, я бы решила, что ты не понимаешь, что несёшь. Ты говоришь, будто у тебя есть моральное право. После того, как ты выжег тридцать деревень?
— После того, как люди убили мою мать и отца? — *голос Хирако стал тихим, но в нём зазвенел стальной холод.* — После того, как ваш король приказал уничтожать тех, кто даже не сопротивлялся? Да, у меня есть право. Уж точно больше, чем у тех, кто просто закрывал глаза.
Авалин сжала губы, отводя взгляд в сторону, чтобы не закричать. Лилит меж тем в панике перебирала в голове темы, которые могли бы увести их от перепалки, но пока безуспешно.
— Мы едем на мирные переговоры, — *наконец вмешалась она, стараясь говорить твёрдо.* — Это не место и не время вспоминать старые обиды. Если вы не можете хотя бы временно положить конец своему враждебному языку — то просто… помолчите.
Хирако вздохнул, откидываясь назад и глядя в окно. Авалин скрестила руки, снова зыркнув на него исподлобья. И всё же, оба замолчали.
Тишина вновь опустилась на карету, прерываемая только звуком колёс по камню. Путь был долгим, а принцессе предстояло не просто убедить древние расы в необходимости мира — но и удержать свой небольшой отряд от взаимного истребления.
Карета медленно въехала на границу фейских и горгульзких земель. Воздух стал другим — прохладнее, чище, словно сам лес дышал с сердцем магии. Лилит сразу почувствовала, как древние чары скользнули по её коже, словно приветствуя, но и проверяя одновременно. Здесь каждое дерево было свидетелем веков, и ничто не ускользало от их взгляда.
А внутри кареты происходила тихая, но яростная битва.
Хирако сидел с внешне спокойным лицом, но пальцы у него были напряжены, а глаза прищурены. Авалин же, напротив, слегка ухмылялась, как будто только что нанесла меткий мысленный удар.
Они не издавали ни звука, но Лилит быстро поняла, что происходит. Она-то знала о магии телепатии, что связывала магические расы, особенно эльфов и ксонов с эльфийскими корнями. Да, они не говорили вслух — но в воздухе между ними буквально искрила молчаливая ругань. Один сидел с видом победителя, второй — кипел изнутри.
— «Пусти меня, и я сломаю ей эту самодовольную ухмылку прямо сейчас», — *раздалось в её голове. Это был Хирако. Телепатия не выбирала — он передал ей эмоцию невольно.*
— «Не трогай меня своими грязными мыслями, ксон. Я жалею, что когда-то спасла тебе жизнь», — *почти одновременно в его сознании прокричала Авалин.*
Лилит, уставившись на них обоих, медленно выдохнула. А потом... сорвалась.
— Хватит! — *вспыхнула она, и в одно движение схватила обоих за уши, как провинившихся детей.* — Вы серьёзно?! Вы ведёте себя так, будто вам по пять! Авалин! Ты старше всех нас тут вдвое, а ума — в половину! А ты, Хирако, — с твоим-то характером, неудивительно, что за тобой охотились! Хоть кто-то из вас умеет держать язык за зубами?! Даже если этот язык мысленный?!
Оба взвизгнули — Авалин скорее от неожиданности, Хирако от лёгкого шока. Она… она реально их отчитывала. Их, взрослых,сильных, магически одарённых существ.
Хирако сжал челюсть.
— Ты схватила меня за ухо. Принцесса схватила меня. За ухо, — *проговорил он с безмерным недоумением.*
— Да, и схвачу ещё раз, если не прекратите, — *прошипела Лилит.*
Авалин высвободилась и потёрла ухо, фыркнув:
— Нахальная… ты вылитая я в молодости.
— Надеюсь, это не проклятие, — *буркнула Лилит и плюхнулась на место.*
Оба нарушителя покорно сидели, стараясь даже не смотреть друг на друга. Впрочем, через пару минут Хирако, кажется, всё же не удержался — и, поймав взгляд Авалин, едва заметно показал ей язык.
— Она видела это, — *донёсся в его голову строгий голос Авалин.*
И он решил, что, пожалуй, на сегодня хватит.
Когда карета остановилась, Лилит первой открыла дверцу. Воздух сразу показался другим — плотным, влажным, насыщенным ароматами лесных трав и старой, многовековой магии. Здесь начиналась территория фей и горгулий. Нейтральная, но опасная для любого, кто забыл, что с древними расами лучше говорить честно — или никак.
На поляне, куда выехали, их уже ждали. Десятки глаз, полных настороженности, цепко следили за каждым их шагом. Впрочем, смотрели не на Хирако, не на Авалин… все взгляды были прикованы к Лилит.
Их принцесса. Человек. Наследница короны, что начала войну… а теперь, сама приехала с миром?
Но когда из кареты вышли Авалин и Хирако — напряжение возросло. Некоторые феи инстинктивно схватились за посохи, а горгульи — напрягли каменные крылья, как бы готовясь к атаке.