— Ага, рассказывай, — *протянула она, едва сдерживая смех.* — До сих пор помню: я положила банан на камень, отвернулась на секунду, и… бац — его нет. И кто сидел рядом? Ты.
— Да я тогда вообще… — *Хирако уже запутался в собственных оправданиях, но толпа вокруг ничего не слышала — их тихий спор был словно маленький островок нормальности среди величественного праздника.*
Лилит, сидевшая рядом, услышала последние слова и сдержанно улыбнулась, прикрывая рот рукой, чтобы не рассмеяться вслух.
— Серьёзно? Вы спорите о банане на моей коронации?
Саурлинн гордо вскинула подбородок:
— Ну, ваше величество, ради справедливости — это был очень вкусный банан. Я его помню до сих пор.
Хирако прижал ладонь ко лбу и пробормотал сквозь зубы:
— Вот почему у меня есть слабая седина, Лилит. Не из-за битв, а из-за этой женщины и её чёртового банана.
Лилит не выдержала и рассмеялась звонко, а народ, не зная причины её веселья, подумали, что королева просто радуется их песням и аплодисментам.
Хирако и Лилит действительно задержались в столице до самого обеда: они разговаривали с жителями, принимали поздравления, слушали песни и даже попробовали уличную выпечку, которую сами торговцы протягивали им с благоговейным трепетом. Но после полудня их всё же увели обратно во дворец.
В своих покоях они переоделись: с них сняли парадные коронационные одеяния, слишком тяжёлые и громоздкие, и слуги помогли облачиться в наряды чуть легче — но всё равно роскошные и достойные короля и королевы. Лилит, прежде чем выйти из комнаты, позволила себе тихий вздох облегчения, откинув волосы назад:
— Я думала, я не выдержу ещё хотя бы час в той мантии. Она будто весила больше меня самой.
Хирако улыбнулся, поправляя манжеты своей новой рубашки с золотым шитьём:
— Я бы сказал, что тебе идёт любой наряд, даже если это десять слоёв ткани. Но…да, она действительно выглядела тяжелее доспехов.
Они немного поели вместе, в тишине, наслаждаясь моментом спокойствия — лишь сладкий вкус фруктов и лёгкого вина разгонял усталость после торжеств. Хирако даже позволил себе облокотиться на стол и прикрыть глаза.
— Эй, — *мягко коснулась его ладони Лилит,* — ты ведь должен бодро выдержать вечер. Все ждут нас снова.
— А я всё ещё надеялся, что нас отпустят, — *пробурчал он с полуулыбкой, но поднялся, поцеловал её в висок и подал руку.*
---
Когда наступил вечер, двери большого дворцового зала раскрылись. Огромные люстры сияли, словно маленькие солнца, отражаясь в мраморном полу. Зал был наполнен знатными людьми — вельможами, советниками, послами союзных королевств и представителями магических кланов.
По обе стороны длинного ковра, устланного от дверей до возвышенности в центре, стояли гости. Музыка затихла, когда объявили:
— Их величества, король и королева Флоригнии!
Лилит и Хирако вошли вместе, держась за руки. Их шаги звучали отчётливо, и каждый взгляд в зале был прикован к ним. Лилит держала себя с грацией — в глазах сияло спокойствие и мягкая сила. Хирако же шёл чуть напряжённый, но уверенный.
Гости низко поклонились, а затем раздались аплодисменты и звон бокалов.
За столом в центре, и сразу начались речи, тосты, поздравления. Один из старших советников, седовласый мужчина с ясным голосом, произнёс:
— Сегодня мы не только приветствуем наших правителей, но и открывае новой эпохи — эпоху, где человек и ксон сидят рядом, на равных, как супруги и как король с королевой. Пусть это станет знаком для всех поколений.
Эти слова вызвали одобрительный гул и звон бокалов, а Лилит улыбнулась и сжала руку Хирако крепче, понимая, насколько много изменилось за эти годы.
Музыка снова заиграла — на этот раз лёгкая, для танцев. Молодые дворяне переглядывались, обсуждая, кто первым пригласит кого, а старшие с удовольствием смотрели на новоиспечённую королевскую чету.
Хирако наклонился к Лилит и тихо прошептал:
— Так, если меня заставят танцевать — знай, я ещё тот деревянный пень.
Она прыснула со смеху и ответила в тон:
— Тогда придётся спасать тебя, мой король.
Музыка постепенно стала громче, и первые пары уже вышли на середину зала. Танцевали плавно, сдержанно — каждый шаг был словно частью этикета, но в то же время в воздухе витало ощущение праздника.
Лилит посмотрела на Хирако и, заметив его едва уловимую настороженность, протянула руку:
— Ну? Король должен показать пример.
Он вздохнул, но не смог отказать. Взяв её ладонь, Хирако повёл Лилит в центр. Их встретили взгляды гостей — в них не было осуждения, только любопытство и восторг.
Хирако двигался осторожно, будто опасался наступить Лилит на платье, но она мягко направляла его, подсказывая каждый шаг.