Илириара сделал шаг вперёд:
— Мы знаем, что Селена уже взята под стражу. Но вы должны понять, что двигало ею, и почему её поступок был...неизбежен. В её больном восприятии.
Король сел в кресло, упершись локтями в подлокотники. Тень от камина плясала по его лицу.
— Говорите.
Илириара вдохнул и начал:
— Всё началось не сегодня и не вчера. Ещё до того, как Селена стала вашей служанкой,и ещё до истребления, она и Хирако были друзьями. Нет, больше — она была единственной, кто остался с ним, когда его деревню уничтожили. Она спасла его от плена и безумия. Пыталась быть рядом, когда он сгорал от мести. Она была… привязана к нему слишком сильно. И это чувство со временем стало одержимостью.
Саурлинн продолжила:
— Она считала, что только она понимает его. Что только она имеет право быть рядом. И когда он... начал тянуться к Лилит, это стало для неё предательством. Не просто личным. Священным. В её глазах — он выбрал человека. Ту, против кого она столько лет питала ненависть.
Ариан не отрывал взгляда от огня в камине. Лишь слегка сжал подлокотники.
— Почему я не знал? — *тихо спросил он.*
— Потому что Селена умела носить маску, — *ответила Саурлинн.* — Перед вами — она была преданна, сдержанна, услужлива. Но в ней давно горело что-то... чёрное. И Хирако не замечал. Или не хотел замечать.
— Или, — *вставил Илириара,* — он видел, но... чувствовал вину перед ней. За то, что не ответил взаимностью.
Ариан медленно поднялся. Его силуэт отбрасывал длинную тень.
— А теперь она чуть не убила будущую королеву, — *сказал он, и впервые в голосе просквозила ярость.* — Из ревности. Из иллюзий. Из боли, которую сама не смогла победить.
Он отвернулся к окну. Несколько долгих секунд тишины.
— Её судьба будет решена. Но я не хочу мести, — *сказал он.* — Я хочу, чтобы все увидели, к чему ведёт ненависть. И чтобы никто больше не посмел спрятаться за маской верности.
Илириара и Саурлинн склонились в поклоне.
А когда они вышли из покоев, Саурлинн тихо сказала:
— Думаешь, он даст приказ на казнь?
— Нет, — *ответил Илириара.* — Он даст показательный суд.
И в этом было даже страшнее.
Лилит была ещё слаба. Даже когда открывала глаза, взгляд её блуждал в пустоте, как будто сознание медленно пробиралось сквозь толщу боли и магического жара. Магия Селены, влитая в её тело ударами, не просто ранила — она оставила след в крови, сжигала изнутри. Даже прикосновения вызывали у принцессы вздрагивания. Авалин следила за её состоянием днём и ночью, не отходя ни на шаг.
Феанор же, всё это время державшийся удивительно твёрдо, теперь вошёл в другую роль. Когда маги собрались у Древа Совета, именно он, как временный регент, поднялся на пьедестал и сказал:
— За покушение на наследницу престола, за предательство доверия и за попытку убийства под личиной служения..Селена будет казнена. На главной площади. При всех.
Никто не возразил. Ни Саурлинн, ни Илириара, ни Кайрисаэль. Они лишь кивнули — они понимали: за такие деяния в их мире нет прощения.
Ослеплённая ревностью, она совершила то, что разделило их всех. Никто не плакал. Даже те, кто знал её давно. Потому что любовь, когда превращается в ненависть, уже не вызывает сочувствия.
Феанор встретился с королём Арианом за закрытыми дверями. Они говорили долго. Иногда напряжённо, иногда молча. Но в итоге бумаги были подписаны. Политические договорённости. Условия объединения. Защита границ. Доступ к магическим артефактам, восстановление разрушенных деревень.
Когда Ариан вышел из кабинета, он был уставившим, но словно сбросил с плеч груз. Лилит была жива. Союз состоялся. А враг, пусть и скрывавшийся под маской друга, будет наказан.
— Прощайте, — *сказал он Феанору, прежде чем сесть в карету.* — И... скажите ей, когда она очнётся… пусть не теряет веру в доброту. Даже если её однажды предали.
Карета тронулась, скрываясь за еловыми зарослями, а Феанор, сжав перчатку в кулаке, прошептал:
— Она сильнее, чем вы думаете, Ваше Величество.
«Тени прошлого 2»
✧ ─── Глава 19 ─── ✧
«Тени прошлого»
«Тени прошлого не исчезают — они лишь мягче становятся там, где рождается новый свет.»
Со временем Лилит становилось лучше. Хотя следы боли всё ещё отдавались в теле, её разум уже был ясен, а голос — твёрд. Но остаточная магия, сгустки тьмы, впитанные в её плоть, не уходили сами по себе. Эльфийские лекари могли навредить, а человеческие — были бессильны.
Поэтому рядом почти всегда находился Хирако. Его особая ксонская сила позволяла вытягивать лишнюю магию, переводя её в безвредное пламя, что исчезало на его коже. Он делал это терпеливо, даже когда Лилит спала или работала. Иногда — по несколько раз в день.