Когда дверь захлопнулась, наступила тишина. Лилит и Хирако снова остались вдвоём.
Лилит, не сдержавшись, хихикнула:
— Романтика с элементами трагикомедии. Добро пожаловать в реальность.
Хирако кивнул, обняв её за талию:
— А я думал, хуже будет. Оказалось — вполне… уютно.
---
Библиотека была погружена в приятную, умиротворяющую тишину, нарушаемую лишь мягким шорохом переворачиваемых страниц и редкими вздохами. Полки тянулись до самого потолка, и свет магических сфер плавно скользил по позолоченным корешкам книг.
Фей сидела, удобно устроившись на коленях у Кайрисаэля, жуя очередную конфетку. Щёки её были всё ещё красными после недавнего всплеска эмоций, но теперь девочка выглядела куда спокойнее. Эльф, как ни в чём не бывало, читал ей из старого тома с тонкими страницами, иногда незаметно подсовывая новую сладость из открытой коробки.
— И вот, согласно древнему преданию, если дракон соглашается лечь у ног мага, он… — *пробормотал он, не отрывая взгляда от текста.*
— Умирает от скуки, — *сонно добавила Фей, прижавшись щекой к его плечу.*
Саурлинн, стоявшая неподалёку, в это время грозно отчитывала Илириару, указывая на него пальцем, будто он был шалопаем, пойманным за воровством пирожков.
— Ты вообще понимаешь, куда ты ворвался? Ты когда-нибудь слышал про личные границы?! Ты чуть не получил пинком в лоб не от неё, так от Хирако! Он бы тебя зажарил!
— Да не такой уж он и страшный, этот ваш Хирако, — *лениво потянулся Илириара,* — особенно когда целуется с принцессой. Так мило: она на носочки, он наклонился...
Саурлинн замерла.
— Что ты сказал?
Илириара, самодовольно усевшись на ближайший стул, сложил руки на груди и спокойно ответил:
— А то, что ваш лидер — ксон с черными глазами и вечным выражением «я-сейчас-кого-то-сожгу» — целовался с принцессой. Прямо в её кабинете. При свечах. Прямо перед тем, как мы ворвались.
Саурлинн раскрыла рот, но прежде чем успела сказать хоть слово, Фей подняла руку с конфеткой и кивнула:
— Всё правда. Я видела. Они такие... ммм... это называется "по уши".
Кайрисаэль даже не оторвался от книги, но уголки его губ слегка дрогнули — почти улыбка. Саурлинн же, в свою очередь, уставилась на Илириару с выражением «ты не выживешь до утра».
— Ты специально ворвался, чтобы посмотреть?
— Я вообще-то хотел вернуть свой плащ. И знаешь что? — *он поднял палец.* — Плащ всё ещё у Фей. А я чуть не погиб от её зубов.
— Потому что ты влез в мою комнату! — *надулась Фей.*
— Ты сама на меня прыгнула с подушкой и треснула по носу!
— Потому что ты растянулся на моей кровати в образе кота!!
— Барса. Уважай!
— Кота!
Саурлинн громко хлопнула в ладони:
— Всё. Молчание. Никто никуда не идёт, никто ни с кем не дерётся, никто ни к кому не лезет, особенно не к целующимся ксонам. Всё. Конфету в рот — и тишина.
Фей немедленно сунула в рот сразу две. Илириара смолчал. Только Кайрисаэль, не отрываясь от книги, тихо прокомментировал:
— Вот почему я предпочитаю книги. В них никто не орёт и не грызёт тебе хвост.
Когда вечер окончательно окутал королевский дворец, библиотека опустела. Все, уставшие от событий, от разговоров и новостей, стали расходиться по своим комнатам. Воздух стал тише, спокойнее. Даже огонь в камине потрескивал негромко, будто сам ушёл в полусон.
Кайрисаэль, как обычно, шагал по коридору один, держа руки за спиной и слегка опустив голову. Его шаги были почти неслышны — тишина обволакивала всё вокруг.
— Эй... Кай... Кайрисаэль!.. — *раздалось позади.*
Эльф остановился и обернулся. Фей стояла у поворота, слегка ссутулившись, будто не была уверена, стоит ли звать его. Она была по пояс его росту и выглядела особенно маленькой в своём вечернем халате с вытянутыми рукавами, в которых она, казалось, утонула.
— Что-то случилось? — *спокойно спросил он.*
Фей вся порозовела. Она отвела глаза в сторону, вздохнула, затем шагнула ближе, быстро, будто боялась, что передумает. Она крепко сжала в руках свёрнутый лист бумаги, и когда подошла, нерешительно протянула его ему.
— Это… ну… это… письмо… Просто... Прочитай, ладно? Только не смейся…
Кайрисаэль с удивлением — настоящим, тихим, но редким — взял листок. Прежде чем он успел что-то сказать, Фей резко подтянулась на носочки, коснулась губами его щеки, и тут же, с испуганным «всё, пока!» — развернулась и умчалась по коридору в сторону своей комнаты, подол её халата мелькнул за углом.
Эльф остался стоять. Он всё ещё держал письмо, и рука его словно застыла. Медленно он коснулся пальцами той щеки, к которой прижались её губы.
Странное тепло разлилось под кожей.
Кайрисаэль — всегда сдержанный, отстранённый, свободный, как ветер над хребтами Флоригнии, — впервые не знал, что сказать. Он смотрел туда, где исчезла Фей, потом снова на письмо.