— Моя племянница, Моника Артаделла из рода Тиэлиан. Она здесь по приглашению.
— Такая юная… — *протянул другой, приглядываясь.*
— Но наблюдательная и сообразительная, — *вмешалась сама Моника, гордо подняв подбородок.* — И я молчу только когда сплю. А иногда — даже тогда говорю.
Несколько лордов с трудом удержали улыбки. Лилит же села во главе стола с бесстрастным лицом.
Совет длился больше двух часов. Обсуждали много: гостевые списки, усиление охраны, политические риски. Но напряжение в зале выросло, когда зашла речь о выборе будущего супруга для Лилит.
— Сто юношей остались после отбора. В том числе, как вы и велели, трое из династий союзных стран. Но победитель — всего один. Хирако из рода Ксонов. Он вне системы, без знатного имени… — *медленно произнёс один из министров.* — Это... создаёт трудности.
Моника вдруг наклонилась к Лилит и шепнула на ухо:
— Вот они и начали.
Лилит слегка кивнула. Авалин, в свою очередь, только сложила руки.
— Не забывайте, — *вмешалась она,* — что бал лишь формальный повод. Решение за наследницей.
— И если она выберет ксона? — *ядовито уточнил герцог Харенталь.* — Чужака? Неаристократа? Магического узника?
Лилит подняла взгляд. В её голосе прозвучала холодная сталь:
— Если я выберу Хирако, то только потому, что он — сильнее, честнее и вернее всех вас вместе взятых.
В зале повисла тишина.
А Моника, гордо выпрямившись, обернулась на всех и добавила:
— Ну, вы слышали. Кто не согласен — тому магический подзатыльник. От меня.
На этом заседание можно было считать закрытым.
Лилит встала из-за стола с такой грацией, будто даже тяжелый разговор не мог поколебать её равновесие. Моника же, сияющая и довольная собой, будто только что выиграла спор века, вприпрыжку поскакала следом за тётей.
— Ну ты их, конечно, размазала! — *щебетала она.* — А если бы я была на твоём месте, я бы тоже выбрала Хирако. Серьёзно! Пусть я его толком и не знаю, но он классный! Он такой… загадочный, хитрый, умный, сильный, честный. И, если честно, красный ему к лицу. Прямо огонь!
Лилит сдержанно улыбнулась уголком губ, поправляя перчатку. Она шла быстро, пытаясь не показать, как внутри её всё ещё пылает от сказанного в зале. Вопрос выбора — как заноза под кожей. Столь личное превращали в обсуждение, торг, интригу.
— Представь, если бы он стал королём! — *продолжала Моника.* — Все бы шарахались, а он бы встал, обнял тебя и сказал: "Она моя богиня!" Ну, ты понимаешь… было бы круто!
Внезапно Моника остановилась и с силой уткнулась спиной во что-то твердое и горячее. Или в кого-то.
Она медленно обернулась… и её лицо застыло в выражении тотального ступора.
Перед ней стоял Хирако.
Высокий, в чёрной рубашке с расстёгнутым воротом, с волосами, слегка растрепанными, и с той самой повязкой, скрывающей левый глаз. Он стоял, будто тень, будто всегда был здесь, растворённый в воздухе — и просто выжидал момента.
— Ой… — *выдохнула Моника.* — Ты…
— …всё слышал, — *закончил он хрипловатым голосом, опуская взгляд на Монику, а затем переводя его на Лилит.*
Та остановилась в шаге от него. Между ними повисла тишина.
— Ты был в зале? — *спокойно спросила Лилит.*
Хирако медленно кивнул.
— Я должен знать, что против меня. Кто. Сколько. С какой яростью.
— Тогда ты слышал и то, что я сказала в конце, — *Лилит подошла ближе, её голос стал тише, но в нём звучала абсолютная уверенность.* — Я выберу тебя. И не потому, что ты победил в поединке. Не потому, что ты сильнее всех, хотя это так. И не из упрямства. А потому, что с тобой я — настоящая. С тобой — не принцесса. Женщина.
Хирако молчал. Его взгляд был пристальным. Обжигающим. Но руки, что обычно были напряжёнными, сейчас, казалось, дрожали от чего-то более глубокого, чем ярость. Может, от нежности.
Он медленно опустился перед ней на одно колено. Склонил голову.
— Я не достоин тебя, — *прошептал он.* — Но если ты меня выберешь… я сожгу весь мир, чтобы он поклонился тебе.
— Нет, — *прошептала она, коснувшись его лица.* — Ты сожжёшь мир, только если я тебя не выберу.
Позади них Моника, прикрыв рот рукой, прошептала в сторону невидимого зрителя:
— Это было чертовски романтично… Кто-нибудь, принесите мне чай с мёдом. Или вина. Лучше вина.
Оставшийся день прошёл в суете, как и большинство в жизни Лилит. Но в этот раз у неё был верный спутник — не командующий гвардией, не министр, не шпион, а Моника. Та с азартом врывалась в дела государства, будто это была приключенческая игра.
Они обсуждали поставки зерна, принимали послов, слушали отчёты. Лилит даже пришлось отказывать Монике, когда та взяла лист с дипломатическим договором и хотела исправить формулировку пером, заявив: «А вот тут звучит скучно, тётя, давай поярче!»