— Ты что-то хочешь рассказать мне?
— Что? — *Моника сделала невинные глаза.* — Нет, конечно!
— Тогда я расскажу тебе. — *Лилит скрестила руки.* — Сегодня ты пересказала в красках этим четверым то, что видела в моих покоях. Преувеличила. Добавила «интриги». И теперь даже старый Кайрисаэль думает, что я сожгла подушки и устроила языческие обряды прямо на кровати.
— Я просто... хотела поделиться! — *запротестовала Моника.* — Это же было... мило! Я никого не хотела обидеть!
— Мило? — *Лилит прищурилась.* — Моника, ты не на балу. Ты — в королевской резиденции. Здесь каждое слово может стать оружием. Тебе не приходило в голову, что Хирако не заслуживает того, чтобы его выставляли героем дешёвого романа?
— Но он же красивый! — *взвыла Моника.* — И сильный, и—
— И не игрушка, — *жёстко перебила Лилит.* — И я — не героиня твоих фантазий. Это — моя жизнь. Мои чувства. И ты, Моника, должна научиться держать язык за зубами.
Девушка опустила голову. Щёки её покраснели.
— Прости, тётушка…
— В этот раз — простила, — *кивнула Лилит.* — Но если ещё раз ты решишь, что можешь рассказывать о моих отношениях кому угодно… я не просто отчитаю тебя. Я лично отправлю тебя на дипломатическую стажировку в горы к ядовитым троллям.
— Туда, где ещё зима? — *уточнила Моника с ужасом.*
— Именно туда.
Саурлинн сдержала смех. Фей демонстративно аплодировал в ладоши.
— Урок окончен. А теперь иди. И, Моника… — *Лилит поймала её взгляд.* — Не делай из любви спектакль. Иначе когда сама её встретишь — перепутаешь искренность с эффектностью.
— Поняла… — *тихо сказала Моника и вышла, понурив голову.*
Когда дверь закрылась, Саурлинн сказала:
— Жёстко. Но справедливо.
— Она умная девочка, — *Лилит вздохнула, поднимая чашку с чаем.* — Просто язык быстрее головы.
— Как у многих, — *сказал Фей.* — Но хоть теперь у неё будет страх — самый лучший учитель.
«Яд в шёлке»
Глава 22
«Яд в шёлке»
За пять дней до бала столичный дворец наполнился новой, тяжелой атмосферой. Во внутренний двор одна за другой въезжали кареты с гербом дома, чьи связи с Лилит были скорее формальностью, чем родством. Это были те самые родственники, которых принцесса терпела лишь из уважения к древним традициям: высокородные, гордые, и до боли лицемерные.
Их встречали Саурлинн, Илириара и Фей — втроем, по просьбе самой Лилит. Девушка считала, что лишний раз видеть тех, кто смотрит на неё как на политический инструмент, не обязательно. Особенно сейчас.
Фей, сдержанно радуясь, была настроена доброжелательно. Всё-таки это семья будущей королевы, и она хотела произвести достойное впечатление. Сделав изящный поклон, она мягко произнесла:
— Добро пожаловать. Принцесса ожидает вас позже, мы проводим вас в подготовленные покои.
Но вместо ответного поклона или хотя бы кивка, двоюродная сестра Лилит — высокая, черноволосая девушка с острым подбородком и ленивой походкой — бросила на неё равнодушный взгляд. Затем, не сбавляя шага, она ударила Фей плечом, отчего та отшатнулась.
— Принеси мои вещи, прислуга, — *процедила сестра, даже не взглянув ей в глаза.*
Фей опешила. Она застыла на месте, но ничего не ответила.
За девушкой последовали и другие: парень с ледяной ухмылкой, женщина средних лет с глазами, полными надменности, и юноша, у которого, казалось, ирония текла в венах вместо крови. Ни один из них не поздоровался. Все прошли мимо — как мимо мебели. Словно бы знали: раз Лилит молчит, значит, всё можно.
— Чёртова знать, — *прорычал Илириара себе под нос, когда последний из родственников прошёл мимо. Он сделал шаг вперёд и уже открыл рот, чтобы от души «приветствовать» их словами, которые запомнились бы надолго.*
Но Саурлинн была быстрее. Она резко вытянула руку и ладонью закрыла ему рот.
— Нет, — *тихо и спокойно сказала она.* — Мы — лицо Лилит. Сейчас не время.
— Они думают, что могут так обращаться с Фей? — *буркнул он сквозь зубы.*
— Думают, — *коротко ответила Саурлинн.* — Но не вечно.
Фей тем временем глубоко вдохнула, выпрямилась и поспешила за гостями, догоняя их с тем же достоинством, что и при встрече. Она не позволит им разбить её настрой. Не позволит им унизить её — или Лилит — ни словом, ни взглядом.
Где-то на балконе, высоко над внутренним двором, Лилит наблюдала за происходящим. Она всё видела.
И её глаза холодели с каждой секундой.
Лилит дала им шанс. До конца дня.
Она была справедливой, даже с теми, кто этого не заслуживал. Дала время, чтобы они показали себя — проявили уважение, воспитанность, хотя бы простую вежливость. Но…
Уже через пару часов её терпение начало истончаться, как шелк в огне.