— Пойдём-ка, дочь моя. У нас сегодня вечер для избранных.
По пути они заглянули за Моникой и Джульеттой, которые уже вовсю спорили, кто будет первой рассказывать новости, и прихватили с собой Фей — та, конечно, не упустила шанса услышать все сплетни лично. Последней присоединилась Саурлинн, величественно заявив:
— Сына оставила с Илириарой. Пусть хоть немного посидит с ним. А то он всё время отказывается, мол, я «лучше справляюсь». Ха! Пусть попробует.
— Так и быть, — *улыбнулась Лилит,* — пусть мужчины сегодня почувствуют, что значит домашняя забота.
Они дошли до покоев Авалин. Внутри уже всё было готово: мягкий свет магических ламп, чай с густым ароматом трав и фруктов, пирожные, от которых даже самая строгая диета капитулировала бы, и низкий стол, вокруг которого можно было удобно устроиться на подушках.
— Девичник, — *торжественно произнесла Авалин, разливая чай,* — это священное время для того, чтобы говорить всё, что угодно, и смеяться так, чтобы в соседних залах подскакивали.
— И чтобы мужчины нервничали, — *добавила Моника, зловеще улыбнувшись.*
— И чтобы кто-то из нас обязательно рассказал что-то такое… — *подхватила Джульетта, прищурив глаза,* — …после чего мы все покраснеем.
— То есть ты, — *хором сказали Саурлинн и Фей.*
Лилит рассмеялась, ощущая, как усталость дня понемногу уходит. Здесь, среди этих женщин, она могла быть не кронпринцессой, не правительницей, а просто собой.
Комната была залита тёплым светом ламп, а в воздухе витал тонкий аромат лесных трав. Авалин принесла кувшин с ягодным вином, Джульетта ловко расставляла бокалы, а Моника заняла место у окна, поглядывая на всех с живым интересом.
Саурлинн, изящно держа бокал, всё же сохраняла уважительную дистанцию:
— Леди Лилит, — *начала она, слегка наклонив голову,* — простите мою прямоту, но… как вы поняли, что Хирако именно тот, с кем вы хотите связать судьбу?
Фей, наоборот, легко рассмеялась и, усевшись ближе, произнесла на певучем эльфийском:
— Сестра, не слушай эту формальность! Скажи нам правду — когда впервые сердце дрогнуло?
Лилит на мгновение растерялась, краем глаза взглянув на Авалин, но та лишь с хитрой улыбкой отпила вина, явно давая понять, что вмешиваться не собирается.
— Это было… странно, — *тихо сказала Лилит, глядя в бокал.* — Сначала я хотела ненавидеть его. Он был врагом, пленником… Но каждый раз, когда мы говорили, я понимала, что… он видел во мне не только титул, не только корону.
— Ага, значит, всё началось с пленника, — *поддела Фей, делая вид, что что-то записывает воображаемым пером.* — И потом он уже пленил тебя, сестра.
Саурлинн слегка покраснела от прямоты подруги, но всё же уточнила:
— Леди Лилит, а кто первый сделал шаг?
Лилит сдержанно улыбнулась:
— Если честно… мы оба. Просто в разное время и не признавались в этом.
Авалин тихо усмехнулась и добавила:
— А теперь он мой сын. Представляете, девочки, как всё обернулось? Я думала, внуков никогда не дождусь, а недавно они свадьбу сыграли.
Все рассмеялись, и разговор постепенно перешёл к историям о смешных моментах Лилит и Хирако, которые девушки вытягивали из неё по крупицам, словно плели тонкое кружево сплетен и воспоминаний.
Тем временем в комнате Саурлинн и Илириары стоял мягкий полумрак, но покой в нём отсутствовал напрочь. Маленький Сайлин уже который раз за вечер громко плакал, выгибаясь в руках отца и требуя чего-то непостижимого.
— Ну же, тихо, тихо… — *Илириара осторожно покачивал сына на руках, поглаживая по крошечной спинке.* — Всё хорошо, папа рядом…
Но слова не помогали. Сайлин с силой зажал кулачки, крошечное личико покраснело от напряжения, и крик становился всё громче.
Илириара, растерянно вздохнув, решился позвать на помощь. Первым оказался Хирако — тот вошёл, недоумённо покосившись на шум.
— Что с ним? — *спросил ксон, явно не зная, как правильно держать младенца.*
— Если бы я знал… — *с горькой усмешкой ответил Илириара и протянул сына.*
Хирако осторожно взял Сайлина, но тот только сильнее заплакал, словно возмущаясь чужим запахом. Ксон замер, будто в руках у него оказалась горящая головня.
— Эм… я… — *он поспешно вернул ребёнка обратно.* — Нет, это… это не моё.
— Ладно… — *Илириара устало выдохнул.* — Позовём Кайриссаэля.
Через пару минут в комнату зашёл Кайриссаэль, явно обрадованный возможности помочь.
— О, ну, я сидел с детьми… — *он уверенно протянул руки, но, заметив крошечное, плачущее создание, чуть сбавил энтузиазм.* — Правда, они были лет пяти…
Он попытался покачать Сайлина, что-то тихо напевая на своём языке, но ребёнок и тут оказался непреклонен — тоненький, но пронзительный плач звенел в ушах.