Я нахмурилась.
- А как вампиры пересекают границу? Просто проходят, и всё?
Хёнджин рассмеялся.
- Нет, конечно, - уверенно сказал он. - Нужно проходить паспортный контроль.
- А у тебя есть паспорт? - удивилась я.
- Конечно.
- Настоящий?
Я сама не понимала, зачем спрашиваю.
Лишь бы не говорить о главном.
- Поддельный, - спокойно ответил Хёнджин. - Но его не отличить от настоящего.
- Есть какие-то организации, которые делают поддельные паспорта для вампиров?
- Разумеется.
Я кивнула.
Конечно. У вампиров есть всё… кроме времени.
Я поджала губы.
- А если бы... если бы мы полетели в Париж, - сказала я, сама не понимая, зачем. Возможно, я просто пыталась играть в «нормальность», чтобы не превращать вечер в прощание: - Как бы европейские вампиры отреагировали на нас? Они бы тоже не стали тебя трогать, потому что ты патриарх? Или для них эти статусы не имеют значения?
- Нет, они уважают статус, - задумчиво произнёс Хёнджин. - Но гораздо больше они уважают возраст, поэтому не захотели бы со мной связываться.
- Вампиры из других стран не нападают друг на друга?
- Это было бы глупо. Никто не хочет проблем, особенно с иностранцами. Поэтому сохраняют нейтралитет. Старших вампиров вообще стараются избегать. Но европейские вампиры точно бы не были рады моему появлению.
- Почему? - удивилась я. - Ты и в Европе что-то взорвал?
Хёнджин рассмеялся.
- Нет, конечно, - с улыбкой на лице сказал он. - Я только в Китае взорвал дворец, и то случайно.
Я невольно улыбнулась.
С ним всё казалось проще.
- Тогда что?
Хёнджин отвёл взгляд.
- Для европейских вампиров все азиаты - это китайцы. А китайцев они не любят. Потому что китайцы шумные, их много, и они часто игнорируют правила.
- Ты не похож на китайца, - возмутилась я.
- Европейские вампиры нас не различают.
Хёнджин тяжело вздохнул.
- Это так странно... - внезапно сказал он.
- Что странно? - удивилась я.
- Жизнь вампира, - его голос стал тише. - Наши тела могут выдержать и тысячу лет. Может, даже больше. А разум... Вампиры едва ли доживают до восьмиста. Я слышал, что некоторые вампиры умудрялись дожить до девятиста лет, но в последние годы уже были не в себе.
Он прикусил губу.
- Мне уже больше шестиста. Интересно, сколько бы я прожил, если бы не война? Может, даже хорошо, что я умру сейчас, пока не стало слишком поздно.
- Хёнджин, - строго сказала я.
Он улыбнулся, будто говорит не о собственной смерти.
- Ты права, - согласился он. - Хватит об этом.
Хёнджин потянулся к карману, доставая коробочку с кольцами.
- Дай мне свою руку, - попросил он.
- Зачем это? - с непониманием спросила я. - Мне ничего не нужно. Я и так люблю тебя.
Хёнджин улыбнулся.
- Я хочу, чтобы у тебя хоть что-то осталось от меня, - тихо сказал он. - Физическое доказательство моей любви к тебе.
- Физическое доказательство твоей любви - это ты сам, - я нахмурилась.
Хёнджин отвёл взгляд.
- Если бы я мог остаться, я бы остался, - устало сказал он. - Но я не могу. Тогда давай не будем портить этот вечер.
Я тяжело вздохнула.
- Хорошо, - согласилась я.
Слово далось слишком легко. Слишком неправильно.
- Дай, пожалуйста, свою руку, - снова попросил Хёнджин.
Я протянула ему левую руку. Он аккуратно взял, едва касаясь. Достал кольцо из коробочки и надел мне на безымянный палец.
- Обещаю, что буду любить тебя до конца своих дней, - прошептал он.
Я горько усмехнулась.
- Не сложно обещать такое, когда скоро умрёшь.
И тут же пожалела о своих словах. Но было уже поздно.
Хёнджин нахмурился.
- Даже если бы не умер, всё равно бы пообещал, - уверенно сказал он.
- Лилит ты тоже обещал, что будешь вечно любить её, - недовольно произнесла я. - Но не сдержал своего обещания.
Хёнджин сжал мою руку.
- С тобой бы я сдержал обещание, - уверенно сказал он. - И сейчас сдержу. Я буду любить тебя до самого конца. И даже в последние минуты я буду думать о тебе.