Что происходит?
- Ты уверена? - решила уточнить я.
- Уверена.
- Но Минхо не убил его, - отметила я.
- Бан Чан лично не участвовал в охоте, он отправил вампиров из клана.
- Феликса? - предположила я.
- Нет. Феликс ведь жив.
Я нахмурилась.
Теперь я вообще ничего не понимаю.
- А Лилит и Бан Чан? Что между ними?
- У них давняя вражда, - спокойно сказала Сыльги.
- Из-за чего?
- Не знаю.
- Кажется, Бан Чан опасен, - произнесла я, едва сдерживая дрожь. - Но почему Лилит разговаривает с ним так дерзко? Она его не боится?
- Я каждый раз задаю себе этот же вопрос, - без эмоций сказала Сыльги. - Но не нахожу на него ответа.
Она подошла ко мне ближе.
- Бан Чан и Лилит примерно одинаковые по силе. Но Бан Чан страшен не тем, что он сильный. А тем, что у него везде есть «глаза».
Внезапно я почувствовала, что в комнате стало холодно. И невольно поёжилась.
Обернулась по сторонам, всматриваясь в полумрак комнаты.
Мысли путались.
Чем больше я спрашивала, тем меньше понимала.
Каждый ответ рождал ещё больше вопросов, и все они упирались в одно: мне не говорят правду. Не потому, что не хотят. А потому что не могут.
«Глаза».
Везде есть «глаза».
Я вдруг остро почувствовала это. Не разумом — кожей. Как будто воздух в комнате стал плотнее, тяжелее. Будто каждый мой вдох кто-то отмечает, фиксирует, запоминает.
Феликс.
Он снаружи. Или за стеной. Или за дверью.
Или… ближе, чем я думаю.
Он правда защищает меня?
Или охраняет, как ценную вещь, которую нельзя потерять?
Я вышла из дома Сыльги, пытаясь переварить полученную информацию. Но это было слишком сложно.
Сыльги боится.
И этот страх — ни паника, ни истерика. Хуже. Он тихий, привычный. Такой, с которым живут годами, не задавая лишних вопросов.
Значит, так живёт весь их мир.
Хёнджин.
Они говорят о нём так, будто он не человек… и даже не просто вампир.
«Он нужен».
«Без него нельзя».
Но никто не говорит — зачем.
Минхо.
На него охотились. Его хотели убить.
Бан Чан отправлял за ним вампиров. А теперь они стоят в одной комнате и разговаривают, как старые враги, которые слишком много знают друг о друге.
Это не примирение.
Это пауза перед следующим ходом.
И я…
Я оказалась между ними.
Не потому что сильная.
Не потому что особенная.
А потому что Хёнджин выбрал меня.
От этой мысли стало не теплее — страшнее.
Если он сделал это осознанно… значит, он знал, чем мне это грозит.
И всё равно пошёл на это.
Значит, я не ошибка.
Я — часть плана.
И самое страшное в этом - я до сих пор не понимаю, чьего именно.
Я больше не могу быть просто девочкой, которая случайно влюбилась в вампира.
Этот мир не про случайности.
А если у Бан Чана везде есть «глаза»… то вопрос уже не в том, следят ли за мной.
Вопрос в другом.
С какого момента?
Внезапно из неоткуда возник Феликс. Я вздрогнула.
- Чёрт, - тихо выругалась я.
- Узнала что-то интересное? - спокойно спросил он.
Я недовольно поджала губы.
Можно подумать, ты не подслушивал.
- Пошли домой, - резко сказала я, не желая с ним разговаривать.
Феликс не стал спорить. Он быстро побежал, и я последовала за ним.
Голова была забита новой информацией. Я бежала, даже не заметив, как мы вышли к его дому.
Феликс замедлился, перейдя на обычный шаг. И неторопливо зашёл в дом.
Я зашла за ним, но не могла отвести взгляда.
Я стала бояться его ещё больше.
- Голодная? - внезапно спросил Феликс.
- Что? - я растерялась.
- Кровь будешь? - спросил он, оборачиваясь.
- Да, давай, - тихо согласилась я.
Феликс отвернулся, доставая пакет. Движения точные, отработанные. Ни суеты, ни спешки. Он не смотрел на меня — и от этого было ещё хуже. Будто он и так знал, что я сделаю. Что отвечу именно так.