Maya_Chen: Паттерны тоже не дают однозначного выброса. Есть небольшие аномалии в энергопотреблении в районе старой библиотеки, но это может быть что угодно — неисправность счетчика, ночная уборка. Сетевой шум в районе университета повышен, но там всегда шумно. Ничего, что кричало бы «здесь готовится ритуальное убийство».
Leo_McP: Мы мыслим неправильно. Он не ищет место, где много людей или где что-то громко происходит. «Разрыв в ритме» — это не всплеск. Это... пауза. Или фальшивая нота в привычной мелодии. Что-то, что не вписывается в рутину конкретного места. В его личный ритм.
Он встал и начал мерить шагами комнату. Его взгляд упал на гитару, стоявшую в углу. Он не играл на ней уже года два. Струны запылились. Он вспомнил, как учился играть — как раздражал его фальшивый звук, когда палец попадал не на тот лад. Это был не громкий звук. Он был тихим, но резал слух на фоне правильных аккордов.
«Носитель скрытого диссонанса... Тот, кто поет не свою ноту.»
— Не свою ноту, — пробормотал он вслух. — Не в своей тарелке. Чужой в своей же среде.
Он схватил телефон.
Leo_McP: Финн. Забудь про толпы. Ищи одиночек. Но не просто одиночек. Ищи тех, кто выглядит не на своем месте. Не в то время. Не в той одежде. Кто ведет себя так, будто играет роль, но плохо ее выучил. Кто... наблюдает. Как мы. Но с другой целью.
Finn_OS: Лео, это описание подходит под половину городских чудаков, включая тебя в четыре утра у причала. Уточни.
Maya_Chen: Подождите. У меня есть идея. «Скрытый диссонанс» может быть не только в поведении. Он может быть в данных. В цифровом следе. У всех есть шаблон. Время пробуждения, маршрут на работу, любимые кафе, режим онлайн. Если этот шаблон резко, но неочевидно меняется... Это и будет фальшивая нота.
Она снова склонилась над клавиатурами. Лео слышал через аудиосвязь ее быстрые, отрывистые удары по клавишам.
Maya_Chen: Я сужу зону поиска. Беру не весь город. Беру... районы вокруг мест, которые могут быть символически значимы для Фантома. Места тишины. Заброшенные церкви. Закрытые читальные залы. Пустые театры. Просматриваю геолокации из слитых баз за последнюю неделю. Ищу устройства, которые появлялись там нерегулярно. Однократно. Или, наоборот, появлялись слишком регулярно, но в странное время. Исключаю туристов по характерным паттернам перемещений...
Лео замер, слушая ее. Он чувствовал, как по спине бегут мурашки. Это был путь. Длинный, почти нереальный, но путь.
Прошел час. Два. Финн молчал, вероятно, продолжая свой безрезультатный обход. Лео пил воду, пытаясь прогнать сухость во рту и навязчивую мысль о том, что где-то тикают часы, отсчитывая последние минуты чьей-то жизни.
И вдруг голос Майи в наушниках стал резким, почти металлическим.
— Лео. Я что-то нашла.
Он подскочил.
— Что?
— Публичная библиотека на Аспен-стрит. Закрыта на ремонт три месяца. Но в данных геолокации... там почти каждую ночь, между двумя и четырьмя часами, появляется один и тот же MAC-адрес смартфона. Недолго. На 20-30 минут. Никаких других устройств рядом. Никогда днем.
— Может, охранник? Сторож?
— Нет официальных данных об охране. И паттерн не похож на обход. Он приходит, стоит неподвижно в одном месте — судя по сигналу, в главном читальном зале — и уходит. Каждую ночь. Как ритуал.
Лео почувствовал, как сердце колотится о ребра. Библиотека. Тишина. Ритуал. Это... звучало правильно.
— А владелец телефона? Можно идентифицировать?
— Работаю. MAC-адрес ведет к устройству Samsung, купленному два года назад за наличные. Привязанный аккаунт... фейковый. Но есть перекрестные данные. Этот же телефон иногда появляется в районе музыкальной академии. Днем. И там... есть кое-что интересное.
Она скинула скриншот в чат. Это была выписка из какой-то внутренней базы данных академии, к которой Майя, очевидно, получила нелегальный доступ. Список студентов и преподавателей. Одна строка была выделена.
Имя: Элиас Фостер.
Должность: Ассистент профессора кафедры классической филологии.
Примечание: Временный контракт (истекает через 2 месяца). Проживает: общежитие для персонала, комната 14.
Дисциплинарные взыскания (за последний год):
1. Неоднократные жалобы на «неуместное поведение» во время индивидуальных занятий со студентами (излишняя настойчивость, разговоры на отвлеченные, мрачные темы).
2. Предупреждение за нарушение режима доступа в главное здание академии в ночное время (задержан в 3:15 ума в пустом лекционном зале, объяснил «поиском вдохновения»).
Лео впился в текст. Элиас Фостер. Ассистент. Классическая филология. «Семиотика насилия». Ночные визиты в академию. И теперь — ночные визиты в закрытую библиотеку.
«Носитель скрытого диссонанса. Тот, кто поет не свою ноту.»
Молодой ученый, застрявший на временной должности, с странными, маргинальными интересами, нарушающий правила. Человек, явно чувствующий себя не на своем месте. Диссонанс.
— Его телефон сейчас? — быстро спросил Лео.
— В общежитии. Не двигается последние три часа.
— Значит, он там. Или телефон выключен. Финн! — крикнул Лео в микрофон.
— Я здесь, — тут же отозвался Финн. Он, похоже, тоже слушал.
— Адрес общежития академии. Ты ближе всех. Тебе нужно туда. Посмотреть. Оценить. Не вступать в контакт. Просто понять, он ли это.
— Понял. Еду.
Лео и Майя замерли в ожидании. Лео смотрел на карту, которую Майя вывела на его экран. Маленькая точка с меткой «Финн» двигалась по улицам к точке с меткой «Общежитие».
Через пятнадцать минут Финн написал в чат. Он отправил фото, сделанное из-за угла. Небольшое кирпичное здание викторианской эпохи, переоборудованное под жилье. На втором этаже, в одном из окон, горел свет.
Finn_OS: Свет в комнате 14, если нумерация стандартная. Зашуршал. Никто не выходит. Что делать?
Leo_McP: Жди. Следи. Если он выйдет — иди за ним. Осторожно.
Maya_Chen: Я погружаюсь в его цифровой след глубже. Соцсети... почти нет. Есть старый аккаунт в ResearchGate. Ничего личного. Но... погоди.
Она замолчала. Лео слышал только стук клавиш.
— Лео, — наконец сказала она, и в ее голосе прозвучало что-то, похожее на страх. — Я полезла в логи библиотечной системы. Той, что на ремонте. Она не совсем отключена. И там... есть история запросов с внутреннего терминала. Того, что в читальном зале. За последний месяц с него делались запросы. Все — к одним и тем же материалам.
— Каким?
— Оцифрованные архивы местной газеты за 1880-1890 годы. А также... медицинские отчеты городской лечебницы того же периода. По ключевым словам.