Глава 7
Они молча сидели в комнате Майи — пространстве, которое всегда казалось Лео продолжением ее разума: безупречно чистое, с белыми стенами, минималистичной мебелью из светлого дерева и металла, и лишь в центре, на большом стеклянном столе, бушевал организованный хаос из трех мониторов, клавиатур, проводов и самодельных вычислительных модулей, похожих на детали киборга. Воздух пах озоном и слабым ароматом лимонного антисептика, которым она протирала поверхности. Здесь не было места пыли, беспорядку или эмоциям. Здесь все было данными.
Но сейчас даже это святилище логики не могло скрыть трещину. Майя сидела, сгорбившись над своим главным монитором, ее пальцы порхали по клавиатуре, но в ее обычно идеальной осанке читалась скованность, а тень под глазами казалась темнее обычного. Лео стоял у окна, глядя на дождь, который начал накрапывать на улицах Харбор-Сити, смазывая огни в длинные, грустные полосы. В кармане его куртки жгло два предмета: флешка с архивными данными и координатами, и тот злосчастный листок с проступившим ядовитым посланием.
— Координаты ведут на заброшенную метеостанцию «Вихрь» на скалистом мысе к северу от города, — голос Майи прозвучал громко в тишине, заставив Лео вздрогнуть. — Построена в пятидесятые, выведена из эксплуатации в девяностые из-за нерентабельности и проблем с грунтом. Стоит на утесе над морем. Добраться можно по старой служебной дороге, которая сейчас в полуразрушенном состоянии. Идеальное место, чтобы кого-то убить и чтобы никто не нашел. Или чтобы кто-то нашел слишком поздно.
Она развернула на одном из мониторов спутниковый снимок. Лео подошел ближе. На экране было серое, изрезанное побережье, и на самом краю обрыва, цепляясь за скалу, как гнездо гигантской птицы, виднелось небольшое бетонное здание с полуразрушенной радиомачтой. Вокруг — ни души. Только море, скалы и небо.
— Время — 23:30, — продолжала Майя. — Прилив в этот час будет близок к пику. Шум волн заглушит любые звуки. Туман, по прогнозам, тоже возможен. Он выбирает локации не просто так. Это сцена. С идеальным звуком и светом.
— А кто жертва? — спросил Лео, и его собственный голос показался ему хриплым. — «Она уже молчит». Кто это?
— Работаю, — коротко бросила Майя. — Фильтрую данные по пропавшим без вести за последнюю неделю, по людям, чей цифровой след резко оборвался, по... — она замолчала, вглядываясь в данные на втором мониторе. — Странно.
— Что?
— В полицейских отчетах (я все еще имею ограниченный доступ к их внутренней сети) есть упоминание. Два дня назад. Заявка на розыск. Не на человека. На... голос.
Лео уставился на нее.
— На что?
— На голос. Женщина, Эвелин Грейвс, диктор на местной радиостанции, ведущая ночной программы о классической музыке. Ее программа выходит в записи. Два дня назад студия получила ее запись для эфира, но сама Эвелин на связь не вышла, не явилась домой. Коллеги говорят, что в последнее время она была подавлена, говорила об «усталости от звуков», хотела уволиться. Полиция пока классифицирует это как добровольное исчезновение. Стресс, депрессия. Но...
— Но что?
— Но ее программа. Она называется «Тихий час». Она выходит с полуночи до часа ночи. В ней нет слов. Только музыка. И паузы. Длинные, продуманные паузы между произведениями. Она была известна именно этим — своим умением работать с тишиной. Ее называли «диктором тишины».
Лео почувствовал, как холодная рука сжимает его внутренности.
«Следующая жертва не будет петь. Она уже молчит.»
— Это она, — прошептал он. — Эвелин Грейвс. Он выбрал ее не просто так. Она — воплощение тишины. А он... он хочет оформить эту тишину. Сделать ее постоянной. Вечной.
Майя кивнула, ее лицо было каменным.
— Логично. Это соответствует его паттерну. Жертва всегда — носитель некоего символического качества. «Красношейка» (первая жертва) — тревога, ожидание. «Соловей» — чистая, оборванная красота. Эвелин Грейвс — профессиональная, осознанная тишина. Он создает коллекцию. Или... проводит эксперименты над разными аспектами человеческого опыта.
Она снова обратилась к клавиатуре.
— Если она исчезла два дня назад, и он назначил встречу на завтра, значит, он держит ее где-то. Живую. Для «оформления» в нужное время в нужном месте. Нам нужно найти, где он ее держит. Или... попытаться перехватить по дороге на метеостанцию.