Они снова осмотрели территорию, теперь с новой целью. И Лео нашел. За зданием, почти полностью скрытый кустарником, стоял старый, проржавевший трейлер. Когда-то, видимо, для перевозки оборудования. На его боку была едва читаемая надпись: «Гидрографическая служба». И нарисован якорь.
Дверца трейлера висела на одной петле. Внутри был хлам. Но в самом углу, под брезентом, лежали... весла. И надувной жилет. Старый, потрескавшийся, но жилет.
— Лодки нет, — сказала Майя. — Но есть идея. Он не оставил нам лодку. Он оставил нам намёк. На то, что лодка не нужна.
Она выбежала из трейлера и побежала обратно к краю обрыва, туда, откуда был виден мыс и море. Лео последовал за ней. Она подняла бинокль с ночным видением и стала водить им по линии горизонта, по скалам внизу.
— Там! — воскликнула она. — В маленькой бухте. Под нами. Видишь? Не лодка. Катамаран. Надувной. Двухместный. Привязан.
Они нашли спуск — почти вертикальную, опасную тропу, вырубленную в скале много лет назад. Спускались в кромешной тьме, под дождем, цепляясь за выступы и корни. Но они спустились. Катамаран был на месте. И в нем лежала записка под водонепроницаемым стеклом: «Для двоих. Один должен грести. Другой — слушать. Удачи. Таймер запущен.»
Это был вызов. Прямой и недвусмысленный. Он предоставил им шанс. Игру в честную, но на его условиях. Они должны были сами добраться до точки, соревнуясь со временем и стихией.
Майя осмотрела катамаран. Чистый, исправный, с двумя веслами и даже простейшим GPS-навигатором, на котором была уже вбита одна-единственная точка — та самая, с карты.
— Это ловушка, — сказала она. — Нас может перевернуть, унести в море, ошейник на ней может быть связан с этим GPS...
— А может и нет, — перебил Лео. — Может, это и есть тест. Проверка на смелость. На готовность рискнуть всем ради спасения. Он хочет увидеть, пойдем ли мы до конца.
Они посмотрели друг на друга. Шум прибоя был оглушительным. Ветер рвал одежду. Было 21:30. До дедлайна два часа.
— Я гребу, — сказала Майя. — У меня больше опыта с водой. Ты следи за навигатором и... слушай. Записывай все. Если что-то пойдет не так, если это ловушка... у нас должен быть свидетель. Хотя бы один.
Они отвязали катамаран и оттолкнулись от скалы. Холодные, соленые брызги тут же обдали их с ног до головы. Майя села на середину, взяла весла, и ее тонкая, на первый взгляд хрупкая фигура вдруг обрела стальную решимость. Лео устроился напротив, держа перед собой GPS и диктофон, на который он записал звук с планшета и голос Эвелин. Он слушал. Сквозь вой ветра и рев волн он пытался услышать смысл в этом бульканье и скрипе. Это был звук счетчика? Механизма ошейника? Или просто фон, чтобы свести с ума?
Они плыли в темноту, в сердце шторма, навстречу точке, отмеченной символом омега. И Лео понимал, что даже если они успеют, это не будет победой. Это будет лишь переходом на следующий уровень игры, уровень еще более высокой ставки и еще более глубокого падения в бездну, которую Фантом вырезал для них в самой реальности.
Но они гребли. Потому что другого выбора не было. Потому что в этом безумии был свой, искаженный смысл. И потому что где-то там, впереди, в темноте, женщина, искавшая тишину, ждала, чтобы они принесли ей либо спасение, либо последнее, окончательное молчание.
Глава 8
Гребля в ночном море под проливным дождем и при порывистом ветре оказалась для Лео упражнением в чистом, животном ужасе. Каждый удар весел Майи, каждый толчок катамарана вверх на гребне волны и стремительное падение вниз, в черную водяную яму, отзывалось в его желудке судорожными спазмами. Холод проникал сквозь мокрую одежду, цеплялся за кости, вытесняя все мысли, кроме одной: они умрут. Их перевернет, унесет, разобьет о скалы, которые теперь были невидимыми монстрами по обе стороны от узкого, бурлящего прохода, по которому они шли.
Но Майя гребла. Ее движения были не силовыми, а экономичными и точными, как будто она рассчитывала каждый рывок, каждое усилие против встречной волны. Ее лицо в свете водонепроницаемого фонаря, прикрепленного к корпусу катамарана, было бледным и влажным, но абсолютно сосредоточенным. Она не была спортсменкой. Она была инженером, решавшим задачу в экстремальных условиях. И она решала ее.
Лео, вцепившись в планшет с GPS, старался не смотреть на бушующую вокруг воду. Он смотрел на экран. Маленькая иконка их катамарана медленно, мучительно медленно ползла к цели — точке, отмеченной символом «Ω». Расстояние сокращалось. Двести метров. Сто пятьдесят. Казалось, они приближаются к эпицентру бури — ветер здесь выл еще яростнее, волны были выше, а в воздухе висело странное, металлическое напряжение, предвещавшее грозу.