Лео сжал телефон так, что костяшки пальцев побелели. Он набрал ответ.
Leo_McP: И что мы скажем? «Здравствуйте, это подростки-хакеры. Мы нашли в даркнете файл, в котором описано ваше же убийство с точностью до секунды. Как мы его нашли? А, ну, мы постоянно мониторим запрещенные ресурсы своими самописными скриптами». Нас даже слушать не станут. А если и станут, то первым делом отберут всю технику, посадит под домашний арест, а отца моего уволят за то, что не уследил за сыном. Мы потеряем единственный канал.
Maya_Chen: Лео прав. Стандартная процедура в таких случаях – изоляция источника информации и полный цифровой карантин для всех причастных. Нас отключат от сети. Файл будет утерян в бюрократической машине. Убийца, если он реален, останется на свободе.
Finn_OS: Окей, гении. А что, по-вашему, мы должны делать? Играть в Шерлока Холмса? Он убийца, а не профессор Мориарти! Он не будет оставлять нам умные загадки! Он будет резать людей! А мы будем сидеть и анализировать его «поэтику»!
Leo_McP: Он уже оставил загадку. Весь этот файл – загадка. Он говорит на языке протокола и эстетики. Он ждет, чтобы его поняли. «Ожидание обратной связи». Он не просто убивает. Он... коммуницирует. И если мы поймем язык, мы сможем его предсказать. Остановить.
В группе наступило молчание. Лео представлял себе Финна в его комнате с видом на залив, где на стене висел постер с «Бегущим по лезвию» и цитатой: «Я видел такое, что вам, людям, и не снилось». И Майю, в ее безупречно чистой, похожей на серверную комнату, где каждый кабель был аккуратно уложен, а на столе стоял собранный ею из запчастей суперкомпьютер.
Maya_Chen: Гипотеза имеет право на существование. Я могу настроить «Цербера» на постоянный мониторинг по заданным стилистическим маркерам. Если будет выложен аналогичный файл, мы узнаем об этом первыми. Вероятность успеха – 87%.
Finn_OS: Черт вас обоих подери. Ладно. Ввязываюсь. Но с условиями. Первое: никакого риска. Никаких поездок на этот проклятый причал, никаких контактов с потенциальными жертвами. Только данные. Второе: если будет хоть намек на то, что он может знать о нас, или если будет новое убийство – мы тут же идем к твоему отцу, к черту последствия. И третье... Лео, ты спишь. Хотя бы четыре часа. Ты не будешь полезен, если свалишься от истощения.
Лео хотел возразить, но понял, что Финн прав. Его руки дрожали, в глазах стоял песок. Он был на грани.
Leo_McP: Договорились. Майя, настрой сканер. Финн... спасибо.
Maya_Chen: Приступаю. Будет готово через 4-6 часов.
Finn_OS: Я пойду варить кофе. Мне кажется, он нам всем понадобится. В больших количествах.
Лео вышел из чата. Он снова уставился на текст протокола на мониторе. Его взгляд упал на последнюю фразу. «Диалог начат.»
Что, если это не метафора? Что, если это приглашение?
Пальцы его сами потянулись к клавиатуре. Он открыл новый текстовый файл. Не для отправки. Просто чтобы выплеснуть хаос мыслей, давящий на его череп.
«Протокол получен. Анализ инициирован. Твой язык понятен. Это язык порядка, нанесенный на хаос плоти. Но порядок ради порядка – это тавтология. Бессмысленный цикл. Ты утверждаешь, что начал диалог. Тогда задаю первый вопрос: Кому адресовано послание? Миру, который его не поймет? Или тому, кто сможет прочесть узор? И если второе – то что ты хочешь услышать в ответ? Подтверждение? Осуждение? Или ты просто хочешь, чтобы кто-то... увидел?»
Он сохранил файл как 'dialogue_init.txt'. Потом, после секундного колебания, переместил его в специальную папку, зашифрованную на уровне железа, доступ к которой знал только он. Это было глупо. Детская игра. Но это сняло часть внутреннего давления.
Он выключил мониторы. В комнату, наконец, ворвался серый рассвет. Лео погасил настольную лампу и попытался лечь, но сон не шел. Перед глазами плясали строки кода и черные буквы протокола. Он видел, как обсидиановое острие медленно, с хирургической точностью, выводит замысловатый завиток на невидимой коже. Он слышал тишину причала, нарушаемую лишь скрипом дерева под ногами и далеким криком чайки.
Его последней связной мыслью перед тем, как сознание наконец провалилось в беспокойную пустоту, было: А что, если он прав? Что если в этом есть красота? Страшная, уродливая, но... совершенная?
Он заснул, и ему приснился туман. И кто-то, стоящий в нем, смотрел прямо на него. Но это был не Фантом из протокола. Это было его собственное отражение в черной воде залива, искаженное рябью и смотрящее на него пустыми, бездонными глазами.