— Воздух — общий. Медикаменты не всегда жизненная необходимость. Даже те же переселенцы с ИРА14, прошедшие сотни лет естественного отбора в тяжелейших условиях генетически гораздо более совершенны и не так зависимы от медицины как ты. А вода... — ИИ сделал паузу, имитируя задумчивость. — Альба, вода — это снег.
Я остановилась как вкопанная. В голове всё встало на свои места с тихим, леденящим щелчком.
— Точно! — выдохнула я. — Чистейшая, дистиллированная вода! Я не могла понять, почему на ферме до сих пор идёт снег! Все пары должны были вымерзнуть и осесть инеем в первые же сутки после заморозки! Они... они просто пропускают атмосферный воздух через эту гигантскую криокамеру, конденсируя влагу! Это не побочный эффект. Это система жизнеобеспечения. У них есть мясо. У них есть вода...
— Загрузи данные в систему. Ищи любые нестыковки с медикаментами за последние, я не знаю... пусть будет сто лет...
— Тебе начислено полторы тысячи баллов.
— Спасибо, Септиенна! Люблю тебя!
— За биоматериала, и четыре тысячи баллов за блестящий анализ.
— Ты слил ей наши разговоры?
— Нет. Он.
— Папин ИИ? Отлично! Никому нельзя доверять! Генетическое совершенство, говоришь? Сотни лет естественного отбора? Мммм, в его библиотеке есть данные по Кевину Лесли?
— Доступ запрещен.
— Ах вот так вот! Не доверяешь мне, да?
— Он говорит тебе по-прежнему открыт доступ ко всем ресурсам твоего отца, правда исключительно из этого кабинета. Это, скажем так, защищенный вход в обход протоколов. Сторонний наблюдатель считает что ты пришла пообщаться с родственником. Но данные по запрашиваемому объекту засекречены отдельным приказом.
— Спасибо, пап. В следующий раз я притащу сюда ухо Лесли! Или его самого за ухо... Ммм, а здесь, кстати, неплохая постель...
Я пристроилась на пластиковом диване, обложившись подушками, впервые довольная собой.
★★★
Ночь я промаялась. То мне казалось что слишком тепло, то слишком холодно. Без комфортной капсулы, где можно настроить микроклимат под себя я спать как-то не привыкла. Имплант работал на полную, я это чувствовала по какому-то, едва уловимому ощущению натяжения и мурашек в черепе. Видимо обменивался данными с отцовским ИИ. Я называла это «сплетнями» но никогда не запрещала подобные процессы. Они взаимно обучались таким образом, расширяя свои возможности, которые могли мне пригодиться в будущем. Снился Кевин. Ничего не делал, даже не смотрел на меня, смотрел в сторону, в сугроб, накинув на голову капюшон, но я почему-то знала, что это он.
★★★
На работу я бежала как на праздник. Наконец-то я поучила хоть какую-то интересную пищу для мозгов а не банальную «задачу на выживание». К тому же хорошенько проинспектировала с утра папины запасы вкусняшек. И почему мысль заглянуть в отцовский холодильник не посещала меня раньше? Разогревая себе полноценный завтрак в кухонном блоке с сожалением подумала что не могу притащить сюда Клэр. Это было бы верхом наглости, да и вряд ли у неё есть доступ в центр-сектор, «столицу» корабля, его дворец...
Данные!!! Для меня данные вкуснее самых изысканных деликатесов, они заряжают меня энергией получше витаминов самой высокой очистки!
Я примчалась к точке сбора возле общаги едва не опоздав на транспорт. Одним из последних одиноко толкался на посадке мой «объект» с волосами цвета грязного снега.
— Меня ждешь? — задорно спросила я, и, делая вид, что поскользнулась, «неловко» схватила его за куртку.
«Начислено 500 баллов» — всплыло системное уведомление
— Тебе тоже платят когда ты меня касаешься? — глядя мне прямо в глаза, спросил юноша. Я вдруг почувствовала леденящий холод по спине.
— Стоп... тебе тоже???
Транспорт дал сигнал скорого закрытия дверей, принуждая нас поскорее закончить посадку. Заходить внутрь, где нас могли слышать? Продолжить разговор здесь, что подозрительно?
— Тебе сколько начисляют? — спросила я
— Двадцать пять.
— Пятьсот. — Он присвистнул.
— Уже поняла алгоритм?
— Утром, в обед и вечером по одному разу. Только касание. Рядом постоять или поболтать это не работает.
— Отлично. — кивнул он. — Дай пять! — Он ударил меня по раскрытой ладошке, которую я послушно раскрыла и подняла.
Нас перебил еще один настойчивый сигнал. Собеседник повернулся к дверям.