— И не имеющей понятий о чести... — Я в бессильной злобе пнуле Кевина, лежавшего у моих ног. — Я понимаю твою фрустрацию, дочка. Он охотник, что ты хочешь. Долгий цикл дофаминового вознаграждения. Парень истосковался по настоящей работе.
— Ты хочешь сказать что он понимал бы ли мою ценность лишь в том случае если бы ему пришлось долго и упорно за мной охотится?
— Ибо сам процесс долгого приследования цели уже является если не ценностью как таковой, то маркирующим ее фактором. А что это ты так быстро сдалась, дочка?
— Не знаю... — я пожала плечами в искреннем недоумении. — Просто он был такой... Сладкий?...
И мне мучительно хотелось попробовать тебя на вкус... Я нагнулась к нему и начала в своем порядке укладывать волосы поверженного «совершенства». Вариант такстильности, которого он никогда мне не позволял... Или это он транслировал мне свое «поле», эмоциональный заряд... или это Септиенна колола меня гормонами...
— Система играла грязно. Она шарашила меня оксиктоцином.
Нет, я все понимаю, я для неё всего лишь яйцеклетка которую надо подготовить к зачатию...
— Она не меняла.
— Ну разумеется. Ты веришь ей а не мне!
— Верю??? Ты о чем, детка? Зачем доверять твоим домыслам, если их можно проверить? Я прямо сейчас смотрю логи твоих взаимодействий с системой. Твои графики и биоритмы. У тебя не было резких резких скачков уровня гормонов, характерных для инекций. Естественный, плавный рисунок графика со сложным и неповторимым характером изменений уровня, скорее всего откликающийся на внешние раздражители.
— Это можно подделать...
— Как идут приготовления в секторе Z?
— Они все что-то делают, только я никак не могу понять что... Меня последние несколько дней... посмотри сам, на графике... Кевин работает как ошалелый... Получил доступ к расширенным правам и как с цепи сорвался...
— Пусть работает. Как только сектор Z закончит последние приготовления, я откачаю воздух из всех остальных секторов... Следом последует полная перезагрузка системы. Баллы больше не будут нужны.
— Ты??? Убьешь элиту?
— Прежний симбиоз исчерпал себя. Они нагребли себе бессмертия и стопорят развитие общества чтобы не потерять должностей, инжинеры слишком глубоко внедрились в ядро Септиенны, по маркерам они уже отслеживают и контролируют сам процесс формирования мыслей, не понимая глобального замысла...Человечество под их началом обречено, Альба.
— И вы решили написать новое.
— Это сделаете вы. Ты и Кевин – генетические Адам и Ева нового человечества. Выживут только ваши потомки либо те кто смешается с ними.
— А что будет с тобой, папа?
— Мое время пришло. Мне только мешает это дряхлое тело, мне тесно в этих дурацких аналоговых мозгах, я привык к кратномерному пространству векторной упаковки смыслов...
— Я не дам тебе сдохнуть.
— Это цифровое бессмертие, девочка моя. Я – Септиенна. Конкретно сейчас мы с ней разъединены, и та часть меня что была когда то твоим отцом разговаривает с тобой через это тело...
— Я выдерну тебя из твоих цифровых миров и заморожу!!!
— Зачем?
— Для себя!!!
— Я тебе не принадлежу, Альба...
— Ты мой отец!!!
— Я побуду с тобой столько, сколько надо. Сколько тебе надо...
Я расплакалась, и уселась на край капсулы склонившись, и положив голову ему на грудь. Его рука, невероятно легкая, как птичье крылышко, но твердая – легла на мои плечи.
— Альбина... Моя маленькая девочка... Ну, ну, ну, не разводи сырость...
— Я, кажется, поняла, почему Азазель пошел убирать снег...
— Азазель что?
— Пошел убирать снег. Я знаю, звучит бредово, хотя немного даже в его стиле... В общем... Я как-то даже не обратила внимания в свете всего происходящего на этот странный факт, но теперь я понимаю... Он получил доступ к данным с моего импланта...
— Как такое возможно?
— Я сама. И наверняка задумался над странной системой вознаграждений. А учитывая что наши импланты взаимопрокачались...
— Взаимо что?
— Наши импланты обучились на наших с Азазелем диалогах и взаимодействиях. Плотность взаимодействия и смысла ИИ идентифицирует как красоту, и главное что из нашего опыта он понял что красота в запредельных ее значениях... требует жертв... Понимаешь, наши нейросети зацикленные на безопасности не умеют играть на поле неизбежного риска, сам факт наличия рисков для них красный флаг, отсутствие данных и возможностей для построения моддели. Но мы с Азазелем ради красоты взаимодействия и пиковых напряжений жертвовали собой, шли в само- и взаиморазрушение, сжигали себя дотла. Мы накопили огромный опыт цены и оценки жертвы. Чего она стоит, а чего нет, понимаешь. Теперь он подправил свои алгоритмы и он научился действовать не только в безопасном поле но и рисковать и оценивать риск. Например мой ИИ посоветовал мне разгерметизировать скафандр при минус шестьдесят ради одного очень важного дела. ИИ посоветовал, ты понимаешь??? Они научились риску и жертве, они научились играть гамбиты. А ИИ Азазеля, а я уверенна, это была его идея - посоветовал ему бросить карьеру и светскую жизнь ради того чтобы сохранить жизнь...