— Мне жаль что ты выжил.
— Ммм, не ты ли так трогательно спасала меня? Примчалась в этом своем белом платьице... В такой мороз...
— Я спасала Кевина а не тебя!!!
— Знаю я эти сказки... Того самого Кевина, который сейчас почему-то не бежит спасать тебя? Ммм?
Его рука коснулась полоски кожи между высоченными ботфортами и короткими шортами.
— Убери руки, мразь!!!
— Обожаю, когда ты сопротивляешься!!! — Он грубо схватил меня за волосы, я ударила его гаптикой. Абсолютно привычный к боли, он лишь едва дернулся. Надо было бить по глазам, или... так бесполезно...
— Боишься меня, Астра?
— Какой ты догадливый.
— Мне это нравится... Быть твоим кошмаром во плоти...
— Что у тебя, очередной «Свих»? Припадок нарциссического безумия? Увидел меня в красивом платье на сцене и твоё эго не выдержало, когда я получила внешнюю валидацию без твоего посредничества? Очнись, Азазель! Я тут главная. Твое выживание напрямую зависит от меня. Потому что я решаю, оставить ли тебя в секторе Z.
— О, кроха учится доминировать?
— Убери руки! Я ненавижу тебя!!!
— Как сладко звучит твоя беспомощность...
Он схватил меня за талию, прижав к себе, сминая мои выставленые вперед руки и жадно, грубо поцеловал. И да, именно в этот момент дверь лифта открылась, будто бы по запросу с той стороны, и нашим глазам предстал «ничего не понимающий» Кевин и двое его «телохранителей»... Твою ж мать... уж лучше бы никто не приходил меня «спасать»
— Он трогал тебя? — Спросил Кевин. Три щелчка по небу... я вывела на ресницах слово «НЕТ» и медленно опустила их... — Это нападение на члена правящей семьи, Азазель.
— Ты про нашу шлюшку? — расхохотался он.
— В камеру его.
Кто-то из охранников видимо стукнул Азазеля, тот расплылся в довольной улыбке и попросил еще. Я стояла, опираясь на стеночку, измазанную отпечатками наших рук. Пар оседал на зеркале, начинал заполнять снизу кабину лифта.
— Спасибо... ты меня... — сказала я, все еще не глядя на него. Снова тошнило... И снова померещился запах фиалок... Ультровизг отражающийся в костях на самой высокой ноте... Это как когда всю симптоматику сняли, но у тебя все равно еще хватает чувствительности ощущать самые странные вещи... Пространственный подгипервыверт... — Септиенна изменила характер движения...
— У тебя пульс был за двести, и адреналин... Да, я прицепил к кольцу некоторую следящую аппаратуру... Прости...
— Как мило, ты извиняешься... — расхохоталась я — Неужели думаешь, я не знаю? умоляю тебя, Кевин, неужели ты столь низкого обо мне мнения???
— И все-таки ты оставила его?
— Как видишь, меня это выручило. Я понимаю, что это была твоя попытка защитить... Спасибо, Кевин... — Я потянулась было к нему за поцелуем, но вдруг осознала, что мои губы еще влажные от слюны Азазеля – и отшатнулась...
— Я боюсь за тебя. Ты ведь сама бежишь на него... находишь его...
— Я???
— Будешь отрицать это?
— Ты тоже считаешь что я сама во всем виновата? Будешь еще обвинять в том что он избивал меня?
— Ты кстати не рассказывала мне историю о том, как он прошил тебя своим имплантом. Неужели насильно?
— Ты не понимаешь!
— Куда уж мне!
— Бесишь.
— Пойдем, Альба, я отведу тебя в безопасное место.
— Куда, в заключение? Ах, да, я же роняю репутацию твоей августейшей персоны, мне нельзя находиться рядом!
— Ну и денек... Кевин схватился за голову, — пожалуйста, хотя бы ты не начинай...
— Где Кир?
— Нам сейчас точно не до него!
— Мне до него!
— Не видишь что происходит? Ты свихнулась на этом своем кольце!
— Это важнее чем все, что сейчас происходит!
— Иди! Толко я тебя больше вытаскивать ни из какого дерьма не буду! Все! Мой рабочий день спасателя окончен!
— Вот и отлично!!!
Я вышла из лифта с гордо поднятой головой, игнорируя обоих мужчин.
★★★
Кира я нашла нескоро, в медотсеке. Его успели стабилизировать ирианские врачи. Я пообщалась с коллегами, обсудила симптоматику, козырнула своим медицинским сертификатом и вошла. Кир валялся на кушетке и с интересом изучал потолок. Она была коротка ему, и кто-то подставил ему под ноги табуретку, водрузив на неё подушку.
— Астра? — он равнодушно скользнул по мне взглядом. Это было... неблагородно...
— Признаю свою ошибку, — ответила я, запрыгивая на соседнюю кушетку вместе с ногами и усаживаясь на ней поудобнее, — один из моих людей решил оставить деньги себе. Но зато его решение спасло твою жизнь. И еще, он купил на эти деньги нечто действительно ценное для всех нас. Медикаменты.