— ...Ректор сказал не спускать глаз с западного крыла, — доносится до меня ленивый голос одного из них.
— Да брось, зачем напрягаться? — усмехается второй, и от этого звука у меня по коже бегут мурашки. — Их хваленый Лорд-куратор не доживет до рассвета. Огневики говорят, хорошо постарались, вплели в заклинание какую-то мощную о🇹pαвляющую магию. Говорят, чудо что вообще из пожара вышел на своих двоих.
Каждое слово бьет по моим натянутым нервам. Сердце обливается кровью от ярости н аэтих негодяев и страха за генерала, но эта боль лишь подгоняет меня вперед.
«Черта с два вы дождетесь его смерти, — мысленно рычу я, до боли сжимая кулаки. — Я не отдам его вам!»
Как только их шаги стихают, я срываюсь с места и бегу дальше.
Вот она — лаборатория.
Ее двери тоже затянуты мерцающей пленкой магического купола. Ни секунды не колеблясь, я прикладываю ладонь к барьеру. Как и у самого входа, защита пропускает меня, признавая во мне студентку.
Я внутри. Здесь тоже царит полутьма. Первое мое желание – зажечь огонь, но я слишком опасаюсь, что любой отблеск пламени привлечет патруль.
Действовать приходится на ощупь и по памяти, ориентируясь лишь на последние тусклые лучше заходящего солнца, пробивающиеся сквозь высокие витражи.
Я нахожу стеклянные бутыли с дистиллированной водой, нащупываю мешочек с чистейшей поваренной солью. Толченую кору ивы я нахожу легко — ее выдает характерный, терпко-горький запах влажного дерева и салициловой кислоты.
Но мне нужен Гuрудин! Экстракт медицинской пиявки, который не даст крови Рейнхарта свернуться окончательно.
Боги, как найти его в этом месте? Мало того что темно как в… самом недоступном месте человека, так еще и все препараты тут называются иначе!
Я лихорадочно шарю в шкафу.
И тут мои пальцы натыкаются на пузатый флакон. На стекле нет бумажной этикетки, вместо нее — выпуклая, вылитая прямо на стекле гравировка, похожая на червяка. Только бы это была пиявка!
Я судорожно откупориваю притертую пробку и осторожно вдыхаю. В нос бьет специфический, резкий железистый запах, смешанный с ароматом болотной тины и застоявшейся воды.
Это он! То что нужно!
Теперь самое сложное.
Я достаю чувствительные алхимические весы. Мне нужно отмерить ровно девять граммов соли на литр воды. Мои руки трясутся — то ли от ледяного сквозняка, то ли от дикого выброса адреналина.
«Соберись! — приказываю я себе, стискивая зубы так, что сводит челюсти. — Если ты ошибешься хоть на миллиграмм, ты убьешь его собственными руками!»
Я делаю глубокий, судорожный вдох.
Заставляю свои руки не дрожать. В полутьме я аккуратно, буквально по крупинке ссыпаю белые кристаллы на чашу весов.
Идеально.
Я ссыпаю всё в найденную здесь же сумку, перехватываю систему полых трубок с иглой, как вдруг...
В коридоре раздаются тяжелые шаги и громкие голоса!
Я замираю, парализованная ужасом. Рефлекторно зажав рот обеими руками, я бесшумно ныряю под тяжелый дубовый стол, вжимаясь в самый темный угол.
Дверь со скрипом приоткрывается. Свет шарит по полу лаборатории.
— ...тебе показалось, говорю же, — бурчит мужской голос.
— Я точно слышал звон стекла! — настаивает второй. — А если кто-то пробрался?
Луч света скользит по ножкам стола, под которым я сижу. Мое сердце бьется так оглушительно громко, что мне кажется, они должны услышать этот стук.
Я зажмуриваюсь, молясь всем богам этого мира, чтобы они прямо сейчас развернулись и пошли обратно.
Всего один шаг и они увидят меня.
— Купол цел, внутри никого, — недовольно произносит первый. — Пошли отсюда, я есть хочу.
Дверь захлопывается. Шаги стихают.
Я с шумом выдыхаю, чувствуя, как по спине катится холодный пот.
Не теряя ни секунды, я хватаю тяжелую сумку с драгоценными лекарствами и бросаюсь в обратный путь.
Я лечу по коридорам назад к покоям, не разбирая дороги.
Еще немного, генерал, потерпите!
Я вылетаю в знакомый коридор и вдруг леденею.
Один из магов, лежащих на полу у дверей спальни, начинает тихо стонать. Он шевелится, медленно подтягивая под себя ногу.
Эфир выветривается! Действие наркоза заканчивается быстрее из-за холода!
Но почему Хенрик совсем за ними не следит?!
Я делаю последний, отчаянный рывок. Бесшумно перепрыгивая через ноги мага, я проскальзываю в покои, тяну на себя тяжелую дверь и с силой захлопываю ее за собой.
В ту же секунду по ту сторону раздается глухой звук — стражник садится на полу, бормоча что-то вроде: «Ох, проклятье, неужели я уснул?..»