Зимние забавы у нас вообще специфические. Например, гостям я категорически не рекомендую в нашем саду делать ангелов на свежевыпавшем снегу. Там с осени лежат собачьи биткоины, которые кое-кто поленился намайнить в ведро. Вероятны попадания в подмерзший джекпот. Мы с Саней просто реалисты: ливневые дожди, смывающие все грехи с лица земли, пройдут в нашем саду скорее, чем торжествующий крестьянин с лопатой.
А недавно казус был. Связанный с Маффином, сугробами и, как следствие, резко ухудшившейся обстановкой - в плане спокойно и комфортно справить собачью нужду. Маф хоть и рослый, но снега ему теперь по пузико. А это означает, что просто так сесть и сами-понимаете-что-сделать – не выходит. Мафино сердечко сжимается от сочувствия самому себе, и попка сжимается вместе с ним – от холода. Пришлось лабрадору задумчиво, но в позе орла пропахать полсада в поисках адекватной, настроенной на приятие ямки в снегу. Лабрадоров недаром считают умными собаками, Маффину всего пять минут понадобилось на решение этой головоломной задачи, обрушившейся буквально как снег на голову. О методах подснежных облегчительных мероприятий, к которым прибегает миниатюрный Муха, доподлинно ничего не известно. Поговаривают, что зимой он просто терпит. До весны… И мы тоже – терпим.
ТРУДНО БЫТЬ МУХОЙ
Муха в душЕ - привлекателен, холост, и поэтому регулярно посещает собачье дворянское собрание в конце улицы.
Там они с другими аристократами духа приседают в реверансах у столбов и обмениваются важными данными через USB-портал под хвостом. Правда, иногда в ожесточенной борьбе за руку и сердце какой-нибудь прожженной светской львицы свободному и привлекательному альфонсу Мухе приходится несладко. Псы помощнее и повыше безжалостно отлучают его от тела, отпихивая в грязь. Муха после неудачных свиданий приходит домой грязный, как черт, и печальный, как черный пес Мефистофеля, которому не перепало от болонки прекрасной Елены. Мы его жалеем и материмся совсем негромко, вымывая грязь из омега-самца нашей улицы.
Живет неподалеку одна королева собачьего вдохновения, назовем ее Мирабелла. Это мелкорослая лохматая блондинка с низкой социальной ответственностью, как и положено истинным псиным барышням. Когда кобели нашей улицы заметались в тревожном паломничестве от своих родных дворов к резиденции Мирабеллы, мы сообразили: рыцарский турнир начался!
Не буду вас томить: Мухе перепало. Он с неделю регулярно бегал на свидания с Мирабеллой, возвращался, полный приятной усталости, и просил прикурить. Но мы не курим, поэтому блудный сын, немного не дотянув по брутальности до Марлона Брандо, шел спать без курева.
Ну как шел – не все было так просто. Маффин, учуяв запах женщины, пытался предложить приятелю иное, но Муха уклонился. И вот теперь в общем зачете недели имеем: один довольный кобель без курева, один несчастный лабрадор, пропустивший оргию, один кот, познавший дзен еще в юности, и двое людей, которые скоро будут стыдливо отводить глаза при виде Мирабеллы, требующей алиментов... Если что, открыта запись на щенков мелкобуржуазной породы, породнимся, так сказать.
12 ГРЯЗНЫХ ЛАП
Юрий Шевчук знает, что такое осень. А мы точно знаем, что такое зима. Для меня и Сани – это двенадцать (!) грязных по колено лап и три вымазанных в болоте пуза.
После гулянки Маффин и Муха, не взирая на мое командирское «По одному!», влезают в тесную прихожую всегда парой, как сросшиеся животами сиамские близнецы. И всегда норовят протиснуться в дом мимо великой и ужасной ТРЯПКИ! И вы сейчас поймете, почему.
Мною, пребывающей в относительно здравом уме и почти всегда трезвой памяти, разработан метод экспресс-очистки собачьих лап от грязи путем мокрой тряпки и террора. Для успешного проведения манипуляции вам потребуется: тупой архитектор, создавший в конце 20 века прихожую в форме прямой кишки размером в несколько обувных коробок; две юркие собаки сильной степени загрязненности, одна величиной с дикого кабанчика в масштабе 1:1, вторая – в половину мужниного носка, но хитрая, сука; мокрая тряпка, в молодости считавшая себя полотенцем; смекалка, удаль и степень кандидата наук.
Итак, первым делом, надо разместиться в прихожей таким образом, чтобы пресечь возможность псам общаться и играть друг с другом. На практике это означает, что мелкую собаку-носок вы прижимаете своим солидным (кандидатская степень, помните!) задом к одной стене, а вторую (кабанчика) стальной хваткой фиксируете за передние лапы у противоположной границы идиотического помещения. Два тычка в нос лабрадору дадут ему понять, что вы всерьез намерены отмыть его лапы, и теперь у вас ровно 10 секунд, чтобы миссию осуществить. Лабораторным путем установлено, что именно 10 секунд нужно собаке-носку, чтобы выскользнуть из ягодично-стенного плена. Собака-кабанчик же за 10 секунд напряженного лабрадорьего раздумья приходит к выводу, что тычки в нос были прикольной игрой, и снова начинает прыгать.