Но в этом момент, она стала шевелиться, и я просто отстранился от нее, словно меня обожгло огнем. Но она не проснулась, просто перевернулась на бок, я, же после такого решил больше не рисковать так и просто лег рядом, и питался уснуть. И вскоре уснул.
ДОРОГИЕ МОИ, ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА АВТОРА, СТАВЬТЕ НРАВИТЬСЯ, БУДУ РАДА)))
ГЛАВА 7
Влада.
Утром. Когда я проснулась, увидела, что уснула на том же месте где вчера сидела, возле камина, но накрыта пледом, что ж не оставил мерзнуть уже хорошо.
Я быстро огляделась этого проводника, не увидела, опять сбежал как кот, который нашкодничал. Да что с ним не так? Или я его так отпугиваю словно прокаженная? Или?? Да нет, не может бить, что бы он и так? точно нет! просто ни за что! И к тому же мне сегодня снился странный сон, будто он мне поцеловал, и я очень надеюсь, что это был сон. Я для него лишь работа, значит и он должен мне быть только проводник, но…но, я понимала что это вовсе не так, что б ему под землю провалиться. Но мне нужно было, как, то пережить эти несколько дней пока мы дойдем до академии, а там, пока мне не предстоит вернуться домой, я его не увижу. И с таким настроем я решила подниматься, привести себя в порядок, поправив измятую на себе одежду, волосы, расчесав и собрав в косу, пошла на улицу искать, этого чудо проводника. Там даже метра не прошла, он сидел сразу возле дома на скамейке, увидим меня, он сказал:
- вижу, ты уже проснулась Влада..
- да, как видишь! Скажи, а ты вообще спал, или меня всю ночь стерег как верный сторожевой пес? – да сначала это выглядело, словно беспокойство но когда я добавила это, он уловил этот мой сарказм,
- Да спал, и стерег тоже, можешь не волноваться, на твою честь никто не посягал…
Надеюсь что ты тоже, если то что мне как бы снилось, правда, сон, хотя мои губы доказывали обратное. Иначе Довженко мне стоит тебя и правда бояться, и того что о тебе говорили правда. И ответила:
- ох…рада это слышать, а то знаешь, как не странно, но пришлось бы, потом ему на мене принудительно жениться, ну за посягательство на мою невинную честь... - ответила я, и он решил ответить:
- ну, я не думаю, что ты так уж и невинная…и, причем давно Сотникова, не в наше это время..
- ну, ты же этого не проверял, откуда тебе это знать Довженко, а? предполагать можно много чего….
По его взгляду я поняла, что на это он не будет отвечать, а сменит тему, и так вышло:
- что ж я думаю, раз все решено, то тогда нам нужно поесть и в путь…нам к ночи нужно быть в следующем городе Сотникова…я не хочу что бы ми еще больше опоздали, мы и так отстаем от моего плана..
- как скажешь Довженко….
- и Влада?
- что?!
- это будет наш последний город перед Академией….
- ох, хорошо, наконец, от тебя избавлюсь и отдохну, пока не придет пора возвращаться домой….. – хотя это было не так, и это значит, что у нас есть еще, сегодня, и завтра, а это так мало, так мало….
- после мы придем в Кордик, это город Академии, там сразу пойдем, купим тебе все нужное и к вечеру я отведу тебя к Линде, а дальше, до возвращения мы не увидимся Влада….
- рада это слышать Довженко….
- я тоже… - хотя в его голосе я слышала другие нотки, огорчения что ли, или даже тоски, хотя ладно, это его проблемы.
Потом мы пошли в дом, там поели, собрались и молча, пошли в путь. Всю дорогу мы оба молчали, он был на вид уставший, и душ бы ему не помешал, сменить одежду, как и мне, но даже в таком виде он все равно выглядел шикарно. Вот чего не пойду так чего он до сих пор один! Хм..нужно будет обетом у тети Линды спросить, уверена она все о нем знает. Шли мы, не спеша, то дорогой, то лесами, но мне все казалось одинаковым. Я думаю, был бы у нас транспорт, это было бы быстрее и удобнее, а так. Вот так молча, шли мы пока совсем не стемнело. Я за свою жизнь так много пешком не ходила, даже в девстве, но как не странно, я уже привыкла и даже не устала, так как было по началу, вроде такой род спорта, спортивная ходьба.
И вот, наконец, показался обитаемый город. Мы вошли, прошли к краю его, и там зашли в самый последний домик, и там еще горел свет, не смотря на такое позднее время. Возле самых дверей я остановилась, он, стоя на входе, заметил и, обернувшись ко мне, сказал: