Теперь на экране была другая сцена. Другая женщина сидела верхом на лице мужчины, пока он яростно сжимал её задницу.
Они выглядели не такими искренними, как предыдущая пара — решила я в своем кокаиновом тумане.
— Тебе было хорошо, любовь моя?
Моя кожа внезапно стала гиперчувствительной, она буквально плавилась от каждого малейшего прикосновения Макса.
Он устроился позади моей задницы, и я застонала.
Вздрогнула, когда его пальцы скользнули по киске, а затем по анусу. Он не стал ждать моего ответа и опустил голову. Его рот прижался к моей дырочке, и он лизнул её.
— О да, так пиздецки хорошо, Макс.
Его пальцы жадно сжали половинки моей задницы, а язык принялся ласкать анус.
— Миа... я обожаю твою задницу.
Он глубже зарылся лицом между моих ягодиц, и его язык начал входить и выходить из меня.
— Боже мой... да.
Я смотрела в экран, где баба трахала лицо мужика, и окончательно потеряла связь с реальностью, когда член Макса наконец ворвался в мою мокрую киску.
Он зарычал, и его член принялся вколачиваться в меня — его таз с силой бился о мою задницу. Он был диким и ненасытным, раскачивая меня взад-вперед.
— М-м, детка.
Его большой палец скользнул в мой анус. От этого он застонал, и его толчки стали еще жестче.
— Блядь... да, Миа!
Я потерялась во времени, и, возможно, Макс тоже — но это было запредельное наслаждение.
В конце концов он прижал меня к кровати, надавив рукой на верхнюю часть спины. Его бедра хлопали по моим ягодицам, член безжалостно долбился в меня.
Наконец, он сделал последний мощный толчок.
— Да, блядь!
Он рухнул на меня, вытаскивая свой пульсирующий член. Липкая теплая сперма потекла по моей заднице. Он потер мокрым членом по ложбинке между ягодицами, обжигая мое ухо горячим дыханием.
В голове слегка гудело, и я не уверена, говорили мы что-то друг другу или нет, но почти сразу я провалилась в глубокий сон.
Глава 4
Я проснулась в два часа следующего дня!
Блядь! Я проспала целый день, и именно поэтому я не балуюсь коксом.
Голова не раскалывалась так, как бывает наутро после алкоголя, но в горле пересохло.
Осушив литр воды, я проскользнула в ванную, и как раз перед тем, как я включила душ, в дверь позвонили.
Боже... слишком рано для гостей.
Я обомлела, когда вышла в гостиную. Голоса, которые я слышала раньше, доносились не из телевизора, как я в итоге предположила, — это были гости!
Целая куча гребаных гостей.
О чем, черт возьми, думал Макс?
Я поискала его яростным взглядом среди полузнакомых лиц.
Тревор Хастингс со своими тремя блондинками-подружками. Томас Беккер со своей свитой — и так далее.
— Эй, Миа!
Я повернулась к Клейтону Декстеру — гребаному торчку, извращенцу и сынку мультимиллиардера Сэмюэля Декстера, владельца «Декстер Текстайлз».
Я внутренне поморщилась и отошла.
Рука автоматически поправила глубокий вырез моего летнего платья.
Блядь, я была одета совсем не к месту. Взгляд Клейтона опустился на мою грудь, и его глаза расширились.
— Ни хрена себе... кто это тобой так лакомится, Миа?
Я инстинктивно прикрыла рукой темные засосы на плече и чуть выше груди. Я окинула взглядом эту толпу из тридцати с лишним незнакомцев.
— Вы Макса нигде не видели?
Клейтон отвлекся.
Он провел рукой по подбородку и ухмыльнулся. От его блуждающего взгляда у меня кожа поползла мурашками.
Понятия не имею, почему Макс позволяет ему крутиться рядом с нами — его же никто не любит. Особенно я. Его намерения в отношении меня были далеко не невинными.
— Э-э, он на террасе. Послушай...
Я стремительно ушла от него, как раз когда он собрался завязать разговор.
Макс смеялся с пивом в руке, под кайфом и на седьмом небе от счастья! На нем были черные джинсы и черная рубашка с расстегнутыми манжетами.
Вокруг меня все были либо пьяны, либо под кайфом! А ведь еще даже пяти вечера нет!
— Макс!
Его взгляд остановился на мне, рядом стоял Питер Хенли... или Хенсли — не уверена. Питер перестал смеяться и отошел. Его девушка, Сидни, виновато мне улыбнулась.
Макс быстро шагнул вперед и обхватил меня за талию.
— Миа, ты наконец-то решила к нам присоединиться!
Я проигнорировала его дружелюбный тон, впиваясь в него гневным взглядом. Затем я схватила его за руку и потащила за собой.
— Мне нужно поговорить с тобой наедине!
Макс запустил руку в свои темные непослушные волосы, и его глаза опасно блеснули.
— О-оу, ребята, кажется, я влип по самые гланды!