— Да успокойся ты. Тебя ни кто не обвиняет. — Даже не пытаясь успокоить напарницу, сказал Витька. — Просто констатирую факт.
Лиза не ответила, просто отвернулась и по жестикуляции робота, который утирал невидимые слёзы с лица, стало понятно — Лиза расплакалась. К ней подсела Лариса, обняла за плечи и постаралась успокоить.
— Вы только посмотрите. — Запрокинув голову к небу, сказала Рика, стараясь сменить тему и отвлечь друзей, чтобы те перестали копаться в прошлых ошибках. — Посмотрите, какая красота!
Действительно, над потухающим костром посреди бесконечного снежного поля раскинулся бездонный снежный небосвод. Звёзды были такими яркими, такими близкими, такими чарующими, что все разговоры утихли, споры улеглись.
Но ещё больше поражала своей ледяной красотой бесконечная снежная пустыня под ночным небом. Такая огромная, такая чистая, такая сияющая в лунном свете, что казалась вот — вот и душа вырвется из тела и полетит над её бесконечным просторам.
— Рика, спой. — Попросил Рык. — Душа так и рвётся наружу, а твоя песня подарит ей крылья. И этой ночью мы все будем летать во снах.
— А может, ты Лариса споёшь? — Попыталась увильнуть от просьбы брата молодая волчица.
— Нет. Нет. От моих песен все вокруг цепенеют. — Тут же отказалась девушка. — Мои песни не для удовольствия, а для войны. Прости.
— Спой, Рика. — Присоединился к просьбе Рыка Антон. — А я тебе подыграю на гуслях. — Робот быстро и очень аккуратно достал из своих саней гусли. — Представляете, я даже не знал, что инструмент в вещах моего робота. Думал, гусли только в виртуальном мире имеются. Но ошибся. — Говоря это, робот — Антон уселся под звёздным небом и тронул струны.
И полилась над холодной бескрайней пустыней музыка, прогоняя тишину ночи.
— Пой, Рика, пой. А я подхвачу мелодию. — Попросил он, и волчица согласилась, встала на него, взглянула на небо и запела.
Несколько дней прошло с той ночи, когда песня Рики, забралась в душу каждого слушателя. Всё это время яркое солнце и лёгкий мороз радовали путников, что брели за кровавым туманом. Время от времени команда перебрасывалась парой слов, но в основном наслаждалась сверкающим снегом, но ещё больше сверкали на под яркими лучами солнца металлические роботы.
— Смотрите. — Усевшись вокруг костра из сухого топлива, что было в избытке у Эга, сказал Тус. — Отраженные от вас лучи топят снег. — Сночер осторожно прикоснулся к роботу, которым управлял Саня. — Ого, да ты нагрелся, невероятно.
— Нет в этом ничего невероятного, обычные физические процессы. — Пустился в объяснения Сашка, но его никто кроме Туса не слушал. Каждый прибывал в мире своих дум. Лиза переживала о том, что им ещё идти и идти по этой бесконечной пустыне, проваливаясь чуть ли не по пояс в снег. Света мечтала о том, как купит небольшой домик с земельным участком и заведёт аптекарский огород. Рика мечтательно поглядывала на Антона, думая о том, как на самом деле выглядит тот, кто управляет этой огромной железякой. Эти взгляды не остались незамеченными. Сестра Антона, Лариса, заметила изменения в отношениях волчицы и брата, что произошли после той ночной песни. Они стали идти рядом, болтали друг с другом чаще чем с другими, а брат то и дело помогал Рике. Поэтому у Ларисы сомнений не было. Эти двое прониклись друг к другу нежными чувствами и даже не подозревают об этом.
— Надо же вот повезло брату. Его полюбили не за внешность, а за душу, за его характер. — Думала Лариса. — А вот мне о таком только мечтать приходится. Как только виртуальная пелена спала с глаз Виктора, так сразу перестал на меня обращать внимания, словно ничего между нами и не было. Не видит он во мне больше девушку.
— Ой! Что это за зверюшки? — Привлекая всеобщее внимание, спросила Лиза.
— Где? — Тут же отреагировал Юлис, вглядываясь в бескрайнюю снежную гладь.
— Да вон же. Выныривают из-под снега и опять в него прячутся. — Указывая нужное направление железной рукой, сказала девушка.
Лис принюхался, насторожился, принялся вслушиваться и быстро понял, откуда шел такой знакомый звук. Звук, что был ведом ему с самого детства, с тех лет, когда дед его учил зимней охоте на мышей в полях. Но теперь знакомые звуки издавали вовсе не мыши, а странные звери с белоснежной шкуркой очень похожие на оленят.
— А, эти. — Подойдя к Юлису и увидев, кто так заинтересовал лиса, сказал барсаж.
— Ага. Шуршат как мыши. У меня аш слюнки потекли, так захотелось поохотиться. — Признался молодой лис.