— Ты не вправе нам приказывать. Что ты делаешь? — сбавил тон тот, кто был облачён во всё красное, увидев, как Падший накладывает на тетиву сразу четыре стрелы. — Ты где его нашёл? Он же считался утерянным! И вообще, ты нас убить не можешь, мы творения…
— Проверим? — ласково улыбнулся Падший, натягивая тетиву. Воздух вокруг Велиала начал сгущаться, а фигуру юноши окутало приятное, успокаивающее сияние.
— Мы будем жаловаться! — прокричал всадник, восседающий на белом коне, и, развернувшись, пришпорил скакуна, уносясь куда-то ввысь первым.
— Да-да, считай, что докладная на тебя обеспечена! Больше мы не станем отвечать за опоздание, если эти агрессивные братья набросятся друг на друга. Ты никогда, Велиал, не смотрел на всю картину целиком, за это ты и поплатился.
В очередном раскате грома и яркой вспышке молний все четыре всадника исчезли, а над Пустошью засветило яркое солнце, выглянувшее из-за рассеивающихся туч.
— Дела, — Велиал убрал лук и в очередной раз прикрыл глаза. — Они только своим появлением здесь дел наворотить смогли. Ну кто их просил лезть-то? Так, вернёмся к нашим баранам. Где мне их искать? Ладно, если бы их кто-нибудь приговорил из Петровки, я бы это точно смог почувствовать. Мурмур! — неожиданно воскликнул Падший, вспоминая, что где-то здесь вместе с братьями он оставлял павшего в немилость герцога. Велиал щёлкнул пальцами, вкладывая в призыв немного силы.
Раздался хлопок, и прямо возле его ног появился непрезентабельного вида мужчина, возраст которого Падший вот так сразу назвать бы и не смог. Он пристально посмотрел на Велиала блуждающим стеклянным взглядом и, громко икнув, завалился на землю.
— Мурмур, — властным голосом произнёс Велиал, наклоняясь к мужчине, сразу почувствовал сильный запах алкоголя и уже сформировавшегося перегара. — Ты что, пьян⁈ — удивлённо воскликнул он, переворачивая на спину захрапевшее тело.
— Я… нет… немного, — еле ворочая языком простонало тело и открыло мутные глаза. — Они такие милые все. Мы это… просвещались, вот! — он вытянул перед собой руку, рассматривая на ней пальцы.
— Да быть того не может, — выдохнул Падший и приложил руку ко лбу герцога Ада, очищая тело его вместилища от губительного действия спиртного. Из Юрчика сразу же начал выходить дурно пахнущий туман, поглотивший закашлявшегося Велиала, не спеша рассеиваться.
— Как голова болит, — простонал Юрчик и сфокусировал взгляд на Падшем, когда облако этого странного пара наконец-то смогло рассеяться. — А ты кто такой? — внятно произнёс он, схватившись за голову.
— Мурмур! — Велиал не сразу понял, что происходит, но, когда до него дошло, он вновь приложил ладонь ко лбу старающегося отстраниться от него Юрчика. Прошло несколько секунд, и герцог наконец смог взять контроль над телом смертного.
— Велиал, это не я! То есть я, но не совсем, — затараторил он, вскакивая на ноги. — Он смог подавить меня и вышвырнуть на задворки сознания, когда те мужики предложили ему вместе с ним выпить и подлечиться. Это такой позор, только никому об этом не говори, хорошо?
— Где они? — раздражённо повёл плечами Падший.
— Мужики? Так там они, в Петровке…
— Братья где⁈ — не выдержал и рявкнул Велиал, сжимая кулаки.
— В деревне. Я видел, как их в дом к какой-то бабульке завели, чуть ли не под конвоем, — протянул Мурмур.
— Идём, покажешь, где видел их в последний раз. И расскажешь, что с тобой произошло. Может, зря я всадников выгнал с этой земли, и лучше стереть её с лица Вселенной? Ну а что: нет земли, нет проблем, — бормотал Падший, шагая за постоянно оглядывающимся Мурмуром по землям Мёртвой пустоши.
Глава 4
Я подошёл к постели того бойца, который чуть не придушил Мазгамона в день нашего приезда на заставу.
— Ну что, рядовой Сомов, будешь ещё на кого-то нападать? — спросил я, подтягивая стул к кровати и снимая с шеи фонендоскоп.
— Если только на врагов, — ответил сидящий в кровати парень. Он уже третий день не проявлял агрессии, отвечал на вопросы, в общем, вёл себя довольно хорошо, и я принял решение снять с него путы.
— Это хорошо, — я начал слушать его лёгкие, потом пальпировать живот. — Как самочувствие?
— Тошнит немного, но в общем терпимо, — Сомов слабо улыбнулся. — А правда, что мы все заболели из-за хлеба?
— Да, правда, в муку попала спорынья, а это очень неполезная для организма штука, — я поднялся на ноги, чтобы перейти к следующему пациенту, но тут из-за перегородки раздался вопль.
— Ай, зараза! Как ты вырваться сумел! Не трогай меня! — вопил Мазгамон.
— Твою мать, ну как он умудряется приключения на ровном месте найти на свою задницу? — ругнулся я и бросился к этому недоумку на помощь.