— Ну пойдём, посмотрим, — в отличие от Падших, я был настроен не так оптимистично и надеялся только на то, что нам не на своих двоих до Парижа добираться придётся.
Велиал сунул руки в карманы и зашагал вперёд, не глядя ни на нас, ни на Кольцову. Похоже, экзистенциальный кризис у него продолжается, и Падший стремится разобраться, что же с ним творится. Лично мне на его самобичевание было плевать, и, проглотив последний кусок хлеба, я приблизился к Алевтине Тихоновне.
— Что в Аввакумово творится? — тихо спросил я у бывшей бабки.
— Живём помаленьку, а ты почему спрашиваешь? — ответила она, посмотрев на меня насмешливо. — О Насте поди беспокоишься? Неудивительно, ей бы в её положении дома побольше сидеть, а не болезных всех мастей откачивать.
— В каком положение? — наверное, в этот момент я выглядел довольно глупо.
— Как это в каком? — Кольцова удивлённо посмотрела на меня. — Или хочешь сказать, что не спал с невестой? Ну, тогда у меня для тебя не слишком хорошие новости, потому что кто-то с ней точно спал, не ветром же ребёночка надуло.
— Настя ждёт ребёнка? — я остановился, пытаясь переварить новость, что стану отцом. — Откуда вы знаете?
— Ты совсем того? — теперь Кольцова смотрела сочувственно. — Да как женщина может такое скрыть-то?
— Ребёнок? — к нам подошёл Асмодей, с интересом глядя на меня. — Ты зачал ребёнка с обычной женщиной? Любопытно.
— Даже не смей думать в этом направлении, — злобно прошипел я, останавливаясь и распахивая ауру. Крылья послушно развернулись, накрыв приличную часть территории. От неожиданности я их свернул и помотал головой. Надо же, так задумался, что даже не понял, как вышел за пределы действия ограничителя. — Не смей приближаться к моей жене, ты понял?
— Да брось, я всего лишь эту несчастную поздравить хотел, — усмехнулся Асмодей и, потянувшись, тоже расправил ауру. Почему-то сейчас мне было неприятно смотреть на обгоревшие, бывшие когда-то белоснежными крылья, и я отвернулся. Асмодей же, свернув ауру, внезапно огляделся по сторонам. — А где Мазгамон? Что-то я совсем про него забыл, он что, с нами не пошёл?
Настя устало разогнулась и помассировала нывшую поясницу. Больные с самыми разнообразными инфекциями шли каким-то непрерывным потоком, и с каждым случаем становилось всё более понятно, что что-то здесь не так.
— Что со мной, доктор? — голос у здоровенного кузнеца звучал сипло из-за воспалённых слюнных желёз. Массивная шея выглядела ещё более здоровенной, а в карте было чётко написано, что Маслов Владимир Васильевич в детстве перенёс паротит, то есть, чисто теоретически не мог снова им заразиться.
— Свинка, — мрачно ответила Настя и быстро направилась в диспетчерскую. Там она схватила трубку и набрала заведующего инфекционным отделением Тверской губернской клиники. — Аркадий Иванович, Семёнова беспокоит из Аввакумовского куста. У нас здесь какой-то бедлам творится. За второй день уже шесть пациентов с инфекционными болезнями, считающимися детскими, и только поэтому я могу оказать им хоть какую-то квалифицированную помощь. Я же педиатр, в конце концов! — в конце своей запальчивой речи Настя повысила голос.
Она за последние сутки уже в пятый раз связывалась с Тверью, где ей отказывали в транспортировке больных, ограничиваясь только консультациями и рекомендациями по их дальнейшему ведению. Ветрянка, паротит, подозрение на коклюш, но в последнем нужно дождаться лабораторных результатов, чтобы говорить точно, и Настя надеялась, что её подозрения не подтвердятся. Ещё и мама так не вовремя уехала, потому что её отпуск закончился, а помощь явно не помешала бы.
— Анастасия Сергеевна, если вы думаете, что это только у вас такое происходит, то, боюсь вас разочаровать, у меня отделение битком, а из врачей, оставшихся на ногах, только я, мой ординатор и главный врач. Так что держитесь там, в столицу я уже сообщил, губернию объявляют карантинной зоной. Сегодня уже начали ставить блокпосты, потому что складывается очень неприятное чувство, что на нас выпустили все известные природе вирусы и бактерии разом. Но не переживайте, врачей в помощь обещали прислать, вместе с аппаратурой и необходимыми лекарствами, — проговорил инфекционист и отключился. А ведь она ещё не всё узнала, что хотела. Например, особенности лечения свинки у взрослого человека.
Настя посмотрела на гудящую трубку, зажатую в руке, осторожно положила её на аппарат и с ужасом приложила руку к животу.
— Что происходит? Денис, где ты? Ты мне так сильно сейчас нужен, потому что я боюсь за нашего малыша. Почти вся та дрянь, которая сейчас летает по приёмнику, смертельно опасна для него, а судя по Маслову, иммунитет почему-то перестал работать. Что же мне делать?