— Да как же ты узнаешь, — пробормотала ещё одна старушка, стоящая за спиной бабки с посохом.
— О, я узнаю, — и, неприятно улыбнувшись, призвал дар. Не ауру развернул, к похожей они уже привыкли, этот козёл Велиал никогда себя не ограничивал в демонстрации силы. — Вы, кажется, забыли, что я граф и маг. Что вы забрали в чёрной башне! — рявкнул я так, что у двоих старушек платки на затылок съехали.
— Да ничего особенного, — засуетилась одна из них. — Вот коробку какую-то, — и она вытащила из мешка небольшой чёрный ящик с плотно закрытой крышкой. — И чего шуметь-то?
Она протянула ящик мне, а когда я его взял, то на меня тут же навалилась тоска, и чей-то вкрадчивый голос зашептал, казалось, прямо в голове:
— Ну зачем тебе всё это, демон? Плюнь на этих людишек, вернись в Ад. Ты сейчас сильнее многих, они не посмеют ничего с тобой сделать. Оставь всё как есть, не думай о своей девчонке. Ей на тебя плевать, она всего лишь хочет стать графиней…
— Я не демон, — прошептал я и тряхнул головой, сбрасывая наваждение. После чего повернулся к застывшим бабкам.
Та, которая отдала мне ящик, поправила платок и приложила руку к уху.
— Ась? Что он опять бормочет такое неразборчивое? Никак не могу разобрать, — громко сказала она, потянувшись ко мне.
— Там нечего разбирать, — я быстро отнёс ящик в машину и бросил на заднее сиденье, предварительно поставив мощную защиту. Оказавшись в коконе чар, ящик перестал фонить своим бредом, и я вернулся к смотрящим на меня настороженно старушкам.
— Так как нам быть, Денис Викторович? До Петровки мы не дойдём, силы у нас уже не те, — вперёд снова выступила бабка с посохом. — В замок ты нас не пускаешь. Неужто оставишь посреди Пустоши помирать? Как до нас до сих пор зверьё не добралось, вот в чём чудо из чудес. Но ничего, сейчас точно доберутся твари проклятущие.
— Нет, конечно. Я что, похож на доброго ветеринара или, упасите все высшие силы, зелёного? Не собираюсь местное зверьё подкармливать. Мурмура, — негромко произнёс я, пытаясь достучаться до своей курицы.
Она появилась, когда мне уже показалось, что Мурмура не отзовётся. Лёгкий хлопок, и вот между мной и бабками стоит курица, перья которой начали испускать в сгущающейся темноте золотистое сияние. Она пристально посмотрела на меня и слегка наклонила голову, словно предоставляя возможность сказать, за каким, собственно, грибом я курочку выдернул на эту грязную Пустошь.
— Перетащи бабушек в Петровку. Это, похоже, на сегодняшний день самое безопасное место в Тверской губернии, — тихо сказал я, обращаясь к Мурмуре. — И найди Мазгамона, будь другом. Я сомневаюсь, что смогу сам справиться, а его дурацкие идеи иногда способны натолкнуть на нужные мысли. Там от него толку всё равно немного, если разобраться. Он, скорее всего, только мешает Насте.
Курица внимательно выслушала меня, повернула голову и посмотрела на старушек, направивших на неё своё оружие.
— Ты, это, лучше не подходи, — предупредила Дарья Ивановна, поудобнее перехватывая посох. — Мы давно суп из курятинки не ели, да, девочки?
«Девочки» поддержали её нестройными выкриками. Мурмура тяжело вздохнула и подпрыгнула, начиная махать крыльями, создавая при этом самый настоящий вихрь, в центре которого начало раскрываться телепортационное окно. Я даже успел разглядеть очертания медицинского пункта и стоящую на крыльце Диану Карловну, но в следующее мгновение вихрь скакнул вперёд и накрыл запричитавших старушек. Хлопок, и Мурмура скакнула в схлопывающееся окно портала следом за ними, и я остался стоять перед замком в гордом одиночестве.
— Я даже не могу себе представить, до какой конкретно степени разные индивиды доулучшали мою курицу, — пробормотал я, направляясь к машине. Раздавшийся неподалёку вой заставил повернуть голову в ту сторону, но как бы я ни вглядывался в темноту, ничего разглядеть мне не удалось. — Так, ладно, нужно вернуться в башню и попытаться разобраться с ящиком. Сражение с местными изменёнными животными — это, может быть, даже полезно для отработки кое-каких навыков, но не сейчас, да, определённо не сейчас.
До башни я долетел за пару часов. Дорога была уже знакомой, и я ни в чём себя не ограничивал, выжимая из машины максимум. Чтобы твари не питали иллюзий насчёт лёгкой добычи, ехал я с распахнутой на всю ширь аурой, и тень моих невидимых крыльев накрывала значительную часть Пустоши, закрывая тусклый свет далёких звёзд и делая царящую вокруг темноту абсолютной.