— Откуда такое богатство? — гулко сглатывая слюну, проговорил рядом сидящий Миха.
— Мимо пробегало, — пожал плечами скелетон, продолжая флегматично крутить прутик.
— Как удачно для нас и неудачно для мяска, — с другой стороны от меня сел взъерошенный Ник.
Меня охватило такое радостное чувство: они, всё так же охраняя меня, ложились спать с разных сторон. И вот сейчас, почему-то, это стало так приятно: и их забота, и желание защитить. Да и вообще, они стали такими родными. Захотелось обнять и расцеловать, и тут я запнулась, а кого? Эм.... Да обоих наверно, причем сразу. Но вот откуда и с чего такое чувство? Дома жених, а сюда я бежала чисто от папочки. С этим надо будет разобраться позже. а то мясо не останется. Парни уже поднимались, а перед костром с хлопком появились давешние карапузы, вот только красовались они в пижамах с памятной расцветкой. Да, да, те самые единороги.
Хохотали мы все, до колик. Это была истерика. Мы спускали пар, я могу вам сказать как инкуб, что чувствует эмоции. Я оказалась права, на парней эта бойня тоже произвела сильные впечатления. И пусть так, но напряжение чуть спало. А потом .
— Это что крысы?
Все стали приглядываться к нанизанным на очищенные прутики тушкам. И не заметить свисающие, голые хвостики было просто невозможно.
— Это дичь! — гордо сказал один из охотников.
— Не, я это не ем, я не.. Эм. В общем я крысами не питаюсь. — выпалил Миха с лихорадочным блеском в глазах и сглатывая набежавшую слюну.
Пахло и впрямь одуряюще вкусно. Я смотрела на мясо и понимала, не выдержу, крысы — это конечно бееее. но, если закрыть глаза и не думать.
— А это вообще съедобно? Это же местные звери? — резонно спросил Ник.
— Ну а какие еще? Ты на нее посмотри, — и лич махнул прутиком, — ты таких здоровых видел?
Я еще раз оглядела тушки и поняла, что да, с приличную курцыну размером. Желудок взвыл и заурчал, ему было наплевать на мою брезгливость. Он требовал еды и срочно, прямо сейчас и вот этой. Лич услышав призыв моего желудка оторвал лапку от тушки и протянул мне.
— Пробуй милая, это лучше, чем сухари и вяленое мясо грызть.
Взяла, принюхалась и зажмурившись откусила. Замерла. Обжигающий, умопомрачительный сок потек в рот. Одуряюще вкусный! Да и черт с ним, это божественно. Очнулась я, когда доедала тушку. И стало неудобно. Это же надо так голову потерять от куска мяса. Очень вкусного мяса, конечно, но .
— Знаешь, Миха, ты зря отказываешься, это очень вкусно, — почавкал, довольно щурящий глаза, Ник.
Михей передернул плечами и обвел всех странным взглядом. Ну, а что, тут у костра были все и личи, и двое карапузов. Надо, кстати, расспросить эту мелюзгу, откуда они и зачем с нами увязались. Снежок вон, тоже уплетает кусочек мяска. Вздохнув с такой душераздирающей грустью и закатив очи горе, Михей выпалил:
— С вами научишься жрать всякую гадость! — в протянутую руку ткнулась веточка с тушкой, — видела бы мама...
— А что мама? — спросила с интересом.
— О! Мама — вот, — и парень показал кулак, чуть погрозив им. Ник, что сидел рядом, закашлял и я, похлопав парня по спине, глянула снова на Миху.
Надо же, какая сюрьезная мама у него.
После вкусного завтрака — обеда, все окончательно повеселели. И собрав вещи с новыми силами и верой в успех, пошли искать вход в Академию. Вот только его мы не нашли и при свете дня. Голый, серый камень, как так-то?
— Магия точно есть и сильная, но плетение ровное, не вижу изъянов, даже стыка нигде нет, — Снежок принюхался, — и магия странная, перемешаны сразу несколько направлений. А, понял, это защита, ну вот парни купол ставили, очень похоже, только тут в одном разная магия вплетена.
— Защита, говоришь, — поскреб костяшками голую черепушку лич.
Они как-то странно переглянулись все трое, будто знали что-то.
— Вы что-то знаете? — подтвердил мои догадки Миха.
— Ну, мы, как бы, учились когда-то тут, — протянул другой, закатывая свои мерцающие огоньки - глаза, будто вспоминая это “давно”, да и воспоминания явно были приятными.
— Как это, учились? Вы чё, маги? — в удивлении вытаращился на скелетонов Ник.
— Эх, неучи, — махнул третий на него. — Чтоб ты знал, не будь мы магами, пролежавшими после смерти в напитанной магией земле, поднял бы ты простых тупых скелетов. А мы личи, высшая нежить. От, точно говорят, сила есть мозгов не нать....
— Так! Друга мне не обижать, он еще всему научится, да и кто б его учил-то? В последней войне все маги и сгинули. Вы лучше скажите, как попасть за стену? — выдал отповедь Михей.