— Егорыч, принеси мне сумку, — я повернулся к старому слуге. — Вы едете до этого проклятого Аввакумово, устраиваетесь там и ждёте меня. Ну, или новостей, что надо собираться и ехать обратно.
— Но, как же так, Денис Викторович, — запричитал Егорыч.
— Время, — я вздохнул. — Неси сумку.
Егорыч, всё ещё причитая, притащил мою дорожную сумку и заскочил в вагон, говоря проводнице, что меня зачем-то сняли с поезда по приказу императора. Я же подхватил сумку и направился за офицером, который так и не представился. Надеюсь, это не арест, потому что я просто так им не дамся и прямо со станции подамся в бега. Это плохой сценарий, но в тюрьму я точно не пойду.
Глава 12
Дирижабль оказался небольшим, хорошо оснащённым, манёвренным и защищённым. Правда, защита исключала такие вещи, как большие иллюминаторы, позволяющие насладиться видами земли, над которой мы проплывали. Кают тут тоже никаких не было. Все ютились в одном зале, довольно комфортабельном, надо признать, но уединиться в этой железной восьмиместной коробке было невозможно.
А ещё было скучно. Тот офицер, что притащил меня сюда, сидел в соседнем кресле и был поглощён чтением письма. Судя по доносившемуся до меня аромату, письмо было от женщины. Скорее всего, от любовницы, потому что матери, сёстры и жёны духи на письма сыну, брату, мужу, обычно не переводят. А о том, что он женат, прекрасно сообщало всем вокруг аккуратное обручальное кольцо на его пальце.
Разглядев, наконец, как следует его эполеты, я понял, что он штабс-капитан. Но его имени мне до сих пор никто не назвал. Ну и ладно, мне с ним контракт не заключать, чтобы имя полностью соответствовало указанному в договоре.
На меня вообще никто не обращал внимания. Немногочисленный экипаж занимался своими делами, и даже стюард ни разу к нам не подошёл. Вообще, судя по всему, он чем-то болен. Я покосился себе на грудь. Лекарский значок оставался инертным, значит, парень не умирает.
Даже интересно стало, что это с ним. Я чуть наклонился в проход и принялся лениво наблюдать за парнем. Довольно молодой, темноволосый. И тёмные волосы подчёркивают бледность. Так, он закусил губу и сел, вытянув правую ногу вперёд. Похоже, ему больно. Причём, больно настолько, что он старается даже не притрагиваться к ноге.
— Стюард, подойди, — офицер закончил читать письмо и махнул рукой, подзывая парня к себе.
Стюард на мгновение прикрыл глаза, затем медленно поднялся и, прихрамывая, пошёл в нашу сторону. На лбу у него выступила испарина, а когда он подошёл поближе, я увидел лихорадочный блеск в глазах. У него явно жар.
— Да, господин Войнов, вам что-то угодно? — тем временем парень добрёл до нас.
— Принеси мне что-нибудь попить и шевелись, что ты еле двигаешься? — высказавшись, офицер, чья фамилия оказывается Войнов, вытащил очередное письмо и углубился в чтение.
Судя по тому, что запах духов отличался от предыдущего, писала это послание уже другая женщина. Эх, Войнов-Войнов. Я даже позволил себе усмехнуться. Таким образом, он сам себя в конечном счёте загонит в сторону Ада, да так сильно, что пернатые за его душу даже биться не станут.
Я продолжал наблюдать за стюардом. Как его зовут-то? Надо бы поинтересоваться. Ему становилось хуже прямо на глазах. Потому что я не помню, чтобы ему было настолько плохо, когда мы садились в дирижабль. Он стоял тогда возле причальной мачты и показывал, куда идти.
Парень тем временем нагрузил поднос разными напитками и снова пошёл к нам. Поравнявшись с Войновым, он тихо проговорил.
— Лимонад, сок вишнёвый, сок апельсиновый, вода со льдом, минеральная вода…
— И зачем ты мне всё это притащил? Знаешь же, что я пью только воду со льдом, — поморщился Войнов и протянул руку, чтобы взять стакан.
И тут парень качнулся, и все напитки полетели прямиком на лощёного офицера. Я даже не скрывал злорадной ухмылки, слушая, как матерится этот хлыщ. Я теперь понял, кого он мне напоминает — личного прислужника Асмодея, того самого, который мне тот контракт подсунул. Из-за которого меня выперли из родного Ада.
— Ах ты, криворукий урод! — Войнов в бешенстве вскочил, но парень, только что тупо смотрящий на стекающий с мундира непередаваемый коктейль, начал заваливаться на пол. И падал он явно не потому, что сознание от страха потерял.
Я посмотрел на свой значок, странно, он всё ещё оставался инертным, значит, парень не умирает, но что тогда с ним?
— Я убью этого несчастного ублюдка! — продолжал бушевать Войнов. Но я поднялся со своего кресла и сделал шаг в проход, после чего опустился на корточки перед парнем.