– Ё-моё! – вскочил Шурка.
Лера повернул к нему восторженное лицо и заскакал от избытка чувств, как шаман вокруг костра.
– Призрак! Призрак! – приплясывал он. – Ко мне призрак приходил.
И он рассказал Шурке о своей встрече с поручиком Молодцом.
– Ё-моё! – всё повторял Шурка, с опаской поглядывая на потайной ход. – Что же там за погребальная?
Собравшись с духом, мальчишки пошли новым подземным коридором, который тотчас закончился обширной залой. Света тут было поменьше. Обвыкнув, они с ужасом рассмотрели две мумии, в разных позах застывших посреди зала. ещё одна – «сидела» у стены. На ней был истлевший мундир с эполетами, а меж рёбер торчала рукоять ножа. В иссохшей руке мумия сжимала наган. Рядом лежала почерневшая от времени шашка.
– Это же поручик Молодец, – догадался Лера.
– Они друг друга перебили, – побледнел, как полотно, Шурка. – Бежим отсюда!
Лера едва не поддался охватившему его паническому страху.
– Не дрейфь, – произнёс он дрожащим голосом и осторожно подошёл к поручику, – он с контрабандистами сражался, за отечество.
Помимо останков мундира, от чиновника Пограничной таможенной стражи сохранились лишь кости да кожа. Казалось, всё это бутафория и перед ними кукла из проволоки и пергамента. И только льняные, коротко стриженые волосы поручика убеждали, что некогда это был настоящий человек. В нагрудном кармане, как и указывал призрак, Лера нашёл огниво с кремнем, трут, вчетверо сложенное письмо и часы-луковицу.
– Наган возьми, наган, – зашипел Шурка.
– Ага, – отозвался Лера, осторожно пятясь. – Сам бери! Видишь, как он его крепко держит.
Шурка в нерешительности потоптался, но вдруг махнул отчаянно рукой и ринулся к мертвецу. Не успел Лера сообразить, а тот уж подхватил с пола шашку и отпрыгнул назад.
– Ура, – выдохнул он. – Теперь мы этому конопляному семени врежем, – и потянул шашку из ножен.
Шашка не шла.
– Да ей лет сто, не меньше! – заключил Лера. – Она давно заржавела.
– Всё равно, – храбрился Шурка. – ей можно и так ударить.
Лера пожал плечами и взялся за осмотр погребальной залы. Шурка шёл рядом с шашкой наготове.
Залу, очевидно, использовали в качестве склада для контрабандного товара. В одной из стен торчали металлические крюки.
– На них, наверное, одежда висела, – шепнул Шурка.
Вдоль противоположной стены высились стеллажи.
– А тут ящики с сундуками стояли, – отозвался Лера.
За ноги то и дело цеплялись обломки досок, обрывки верёвок и рогожи. Наткнувшись на нечто круглое и выпуклое, Лера отстал. Шурка, вооружённый шашкой, смело пошёл дальше в дальний угол. Там стоял стол, лежали валом длинные палки, на одном конце которых была намотана просмоленная пакля.
– Лерчик! – радостно воскликнул Шурка. – Я факелы нашёл.
– А я котелок, – просипел от натуги Лера, пытаясь приподнять и перевернуть средней руки котёл, какими пользовались некогда рыбачьи артели.
Шурка поспешил ему на помощь, и котёл послушно встал на днище.
– Большой, – оглядел Шурка покачивающуюся посуду. – В нём за раз можно борща наварить на оба класса.
– Было бы из чего, – вздохнул Лера, у которого от одной мысли о еде слюна набежала.
– А во! – Шурка сунул ему под нос кулак. – Целый бочонок под столом.
На ладони у него лежали пшеничные зёрна.
– Отравимся ещё, – взял пару зёрнышек Лера.
– До революции зерно не протравливали, – заверил его Шурка. – А пшеница в специальных условиях может веками храниться.
– Где же тут условия? – всё ещё сомневался Лера, пробуя раскусить зёрнышки.
– Как нечего делать! – стоял на своём Шурка. – Под землёй температура постоянная и влажность.
– Вон, – перешёл он на шёпот, вспомнив о покойниках, – даже люди сами собой бальзамируются.
– Как камень, – с трудом разгрыз дореволюционную пшеницу Лера. – А воду где взять?
Шурка задумался. Воды в подземелье нет, если не считать пещерного озерца.
– А давай, в морской сварим? – нашёлся он. – И солить не надо.
Подгоняемые чувством голода, они вытащили котёл на берег.
– Я развожу огонь, ты носишь воду, – распорядился Лера.
Пока он собирал топливо для костра, а после чиркал кремнем по огниву, Шурка тщательно промывал тапочки.
– Тебе что, делать нечего? – наконец, не выдержал Лера, у которого никак не получалось добыть огонь. – Давай воду в котёл наливай.