– Ты что, боксом занимаешься? – наконец, спросил по прошайка. – Или каратэ?
– Не-а, – помотал головой Лера. – Ориентированием на местности.
– Чего «на местности»? – удивился Заяц.
Пришлось ему рассказывать про ориентирование и даже карту на асфальте рисовать.
– В общем, – заключил Лера, – это как шахматы на бегу. Только мы бегаем по лесу с картой и компасом.
Зайцу ориентирование чрезвычайно понравилось.
– Первый сорт, – сказал он. – Жаль, в нашем интернате такого нет.
– Так ты из интерната? – не поверил Лера.
– В 6 «Б» учусь, – признался без особого энтузиазма Васёк. – ерундово получается. Стараюсь, как могу, а чего нули ставят – не знаю. И за партой со мной один гад сидит. Всё время класс против меня подговаривает. Дразнится. Я им по одиночке настукаю, а они меня потом толпой бьют.
– А на вокзале зачем?
– Я на выходные только. Когда уроки – сюда не бегаю.
– Разве в интернате не кормят?
– Кормят, – пожал плечами Васёк. – Но сладенького, знаешь, как хочется. А так подадут на хлебушек и я в гастрономе наберу целый кулёк конфет или халвы, а бывает, и зефира в шоколаде. Мать-то мне никогда не покупает.
– У тебя и мама есть? – удивился Лера.
– Ага, – кивнул попрошайка. – На вокзале работает, уборщицей. Но денег у неё совсем нет.
– А папа?
– Батя сгорел, когда мне пять лет было.
– Как сгорел?
– Одеколону напился и каюк, – равнодушно пояснил Заяц.
Глянув во двор дома, он внезапно побледнел. Лера обернулся и увидел группу цыганок в широких развевающихся цветастых юбках. Переругиваясь, они шли к арке.
– Дёру, – шепнул Васёк и вновь потянул Леру за рукав.
Но тот не поддался.
– Не дрейфь, – попытался успокоить он попрошайку.
– В нашем городке тоже цыгане есть. В кузнице работают. Такие ограды кованые делают – закачаешься.
Но Васёк, казалось, не слышал. Стоял и смотрел завороженным взглядом на приближающихся цыганок.
– Дёру! – вдруг заорал он, когда те были совсем близко.
И словно очнувшись от собственного крика, сорвался с места и растворился в толпе прохожих. В следующий миг Леру обступили со всех сторон цветастые юбки.
– Побежал Заяц! – гортанно рассмеялись цыганки.
– Побежал!
– А ты чей? – спросила толстая цыганка, вперив в подростка свой чёрный взгляд.
– Я в «Лесную сказку» еду.
Лера встретился глазами с её товаркой совсем молоденькой симпатичной девочкой и густо покраснел. Цыганочка ему понравилась.
– Э-э, красавец, – взяла его под руку толстуха и отвела в сторону. – Вижу, у тебя большое счастье впереди.
Давай погадаю. Знать будешь, где горе-беду обойти.
Лера с лёгкостью согласился. Тут же оказалось, что без денег гадать нет никакого смысла. Достав всю свою наличность, он зажал её в кулаке, как велела цыганка. Потом скрутил деньги вдвое и дал подержать гадалке. Предсказывая ему без облачное будущее, толстуха махала этой денежной скруткой перед его носом. Лера слушал, поглядывая на симпатичную незнакомку. Наконец, старая цыганка отдала ему деньги, и ни слова больше не говоря, пошла прочь. Пёстрая ватага, смеясь и покрикивая, двинулась за ней следом. Цыганочка на прощание улыбнулась как-то жалостливо, и её утянули за руку.
Оставшись один, Лера разжал кулак и едва не закричал от негодования. На ладони у него лежала жалкая измятая тысяча, да ещё ворох купюр достоинством в пять, десять и двадцать рублей. С такими деньгами он теперь даже домой не сможет вернуться.
22
Спустя час Лера сидел на ступеньках подземного перехода и едва сдерживался, чтобы не разрыдаться. Левую щёку его сверху вниз прорезали две кровоточащие царапины. Костяшки пальцев были сбиты, а правый карман висел наружу. Выдран он был с такой силой, будто за него на полном ходу зацепилась электричка.
Мимо по-прежнему текла людская река. Пассажиры торопились, им некогда было глазеть по сторонам. Но неожиданно один из них неспешно подошёл и присел рядом. Откашлялся натужно. Лера мельком глянул и отвернулся. Подле него пристроился небритый старик в затрапезном пиджаке.
– Шило, – протянул он такую же грязную, как у интернатовского Зайца, руку.
– Чего? – отшатнулся Лера.
– Шило меня зовут, – вновь представился старик и кривенько усмехнулся. – Что, ромалы обидели?
– Угу, – буркнул Лера. – Я им говорю: «Отдайте», а они драться. Всей кучей навалились. Но я этой толстой тоже врезал.
– Долото! – одобрил старик. – Как звать-то?
– Капитан Чародей, – сам не зная почему, соврал Лера.