Глава 12
Обсьановка в ускоренном круге времён на лесной поляне достигла поворотной точки, костёр братьев-месяцев пылал нежным золотом, а луна над головой склонилась ниже, знаменуя миг Апреля — четвёртого в священной очереди.
Тело Элары стало сосудом сезонов: Январь оставил в венах закалённый лёд, Февраль — густую, пульсирующую тяжесть в мышцах, Март — лёгкую дрожь пробуждения, семя всех троих смешивалось внутри, вытекая густой струёй по бёдрам, кожа покрылась потом и следами — красные отпечатки от хватки Февраля, мурашки от ветров Марта, соски опухли и были гиперчувствительны, клитор набух до боли, каждый вдох отзывался спазмами внизу живота, разум плыл в эйфории перегрузки, но голод не угасал, а рос, тело жаждало кульминации весны, мышцы ныли сладко, грудь болталась тяжело при каждом вздохе.
Она едва перевела дух, когда Апрель, грациозный соблазнитель с золотистыми локонами и изумрудными глазами, шагнул вперёд, туника соскользнула, обнажив идеальное тело — рельефные мускулы, золотистую кожу, член длинный, прямой, с гладкой бархатистой кожей, головкой розовой, влажной, обещающей нежный расцвет.
Апрель опустился плавно, как первый луч солнца, его совершенное лицо приблизилось, дыхание пахнуло цветами и тёплым дождём — свежим, опьяняющим.
"Я — весна твоя, Элара, — прошептал он бархатно, голос обволакивал, как ласка. — Предыдущие сковали и разбили — со мной ты расцветешь".
Его длинные пальцы, тёплые и нежные, легли на её лицо — обвели губы, виски, спустились к шее, массируя медленно, вызывая волны расслабления, потом к груди — ладони обхватили полные холмы, большие пальцы закружили по соскам спиралями, то ускоряя, то замедляя, посасывая губами по очереди, язык крутил вихри, зубы едва касались, посылая сладкие искры вниз.
Элара застонала глубоко, тело растаяло: после грубости Февраля и хитрости Марта эта нежность была раем — соски пульсировали, жар растекался по венам, смешиваясь с холодом Января, клитор отозвался трепетом, влага хлынула сильнее, бедра раздвинулись сами, приглашая.
"Нежный... тёплый... забери меня!" — выдохнула она, пальцы запутались в его локонах, прижимая ближе.
Он спустился ниже, губы прошлись по животу, языком обводя пупок, пальцы раздвинули складки — два вошли внутрь плавно, вычерпывая семя братьев, изгибаясь, нащупывая точку внутри, ритмично массируя, большой палец лёг на клитор, тёр легонько, кругами, чередуя с вибрацией.
Элара извивалась, спазмы накатывали: "Глубже... цвети во мне!" Оргазм подкатил мягко, как весенний дождь — мышцы сжались волнами, тело задрожало, соки брызнули на его руку, но Апрель не дал угаснуть, лизнув клитор нежно, продлевая блаженство.
Затем перевернул её на спину, раздвинул ноги шире, член упёрся в вход — вошёл медленно, дюйм за дюймом, растягивая ласково, гладкая кожа тёрла стенки идеально, головка целовала шейку матки.
Она застонала, ноги обвили его талию, он начал двигаться — плавно, глубоко, как волны тепла, каждый толчок ускорял цветение внутри неё, руки ласкали бёдра, грудь, губы целовали рот страстно, языки сплелись.
Ощущения взорвались букетом: каждый сантиметр члена будил нервы, предыдущие семена внутри теплились, усиливая полноту, клитор терся о его лобок, ритм ускорялся — от нежного покачивания к страстным глубоким ударам, Апрель шептал: "Цвети со мной!", пальцы щипали соски в такт.
Элара кричала, теряя себя: оргазм накрыл пиком весны — тело содрогнулось дугой, мышцы сжали его ритмично, волны блаженства прокатились от низа живота до кончиков пальцев, соки хлынули потоком, грудь взорвалась жаром. Апрель кончил следом — семя ударило нежными пульсациями, тёплое, цветочное, заполняя до краёв, смешиваясь в симфонию, продлевая её экстаз вибрациями.
Природа расцвела мгновенно: снег вокруг поляны растаял полностью, земля проступила зеленью, подснежники полезли букетами — белые, нежные, тысячи, лужайка превратилась в весенний сад, аромат цветов наполнил воздух, ветер зашептал пробуждением, корни шевельнулись бурно, баланс времён качнулся к весне, укрепляя круг, отгоняя тени Рейна, сосны покрылись первыми почками.
Апрель вышел медленно, поцеловав её губы: "Весна в тебе. Собирай цветы — круг подождет".
Элара, задыхаясь, села дрожа — тело сияло экстазами, корзинка ждала, поляна цвела, она неспешно срывала подснежники, их аромат смешивался с запахом секса, ночь продолжалась, но весна уже в её крови.